— И какой же? — настороженно спросил Дмитрий Владимирович.

— Суда на воздушной подушке, — сказал я. — Они не летают, но двигаются быстро. Не боятся болот и рек. Для армии это идеальный вариант: можно перевозить людей, грузы, даже легкую артиллерию. Нет дорог? Да и Бог бы с ними. Нет мостов? Тоже не страшно.

Голицын задумался. Поднялся, подошёл к окну, посмотрел на сад, где Екатерина Дмитриевна уже что-то чертила в своём вечном блокноте.

— Любопытно, — наконец произнёс он. — Вы предлагаете заменить гужевые повозки на летающие лодки?

— Не заменить, — поправил я. — Расширить возможности. Представить себе, что можно двигаться не только по земле или воде, но и над ними. Особенно в местах, где ни одна колёсная ось не выдержит дороги.

— То есть, вы предлагаете нечто вроде кареты, которая парит над землёй? — ухватил суть Голицын.

— Совершенно верно. Только вместо лошадей — поток воздуха. Вместо колёс — подушка из того же самого воздуха. Вместо возницы — один оператор и пара помощников, которых, в отличие от лётчиков, не потребуется обучать несколько месяцев.

— И такое реально сделать?

— В моём имении уже создаётся прототип, но на мне висит постройка самолётов. Если появится массовый заказ ещё и на суда на воздушной подушке, то их производство я уже не осилю, — честно оценил я свои возможности. — Я у себя могу делать всё необходимое для того, чтобы платформа оторвалась от земли, но на изготовление самих платформ и надстроек над ними у меня не хватит ресурсов. Мне необходим партнёр, а как это сотрудничество будет выглядеть с юридической точки зрения — вопрос решаемый. Могу даже для образца прибыть на готовом изделии в любую точку Империи.

— А вы можете этот ваш готовый экземпляр транспортировать ко мне? — после некоторого раздумья спросил Голицын. — Только не в Вязёмы, а в Рождествено? Там у меня и земли побольше, и люди найдутся. Да и лес при необходимости имеется. Сколько времени займёт путешествие с Псковской губернии до Подмосковья на вашем судне?

— Если передвигаться только в светлое время суток, то где-то два дня, — прикинул я возможности будущего транспорта.

— Тогда давайте договоримся, — кивнул он. — Если вы действительно сможете изготовить такую машину, я лично займусь в своём имении изготовлением недостающих вам частей. А затем попробую заинтересовать своих знакомых из Главного штаба Его Императорского Величества, которые подскажут, как правильно составить реляцию в Военное министерство. Армия всегда нуждается в новых средствах доставки. Особенно таких, что могут пройти через любой болотистый участок.

— Тогда считайте, что прототип уже на пути к вашему имению, — улыбнулся я.

Ну что ж. Началось в колхозе утро. Или, как говорится: не было забот — купил кролика…

А тут и кролики, и генералы, и суда на воздушной подушке.

Жизнь, как и положено, усложнялась.

* * *

Чему обычно верят люди? В начале девятнадцатого века к средствам массовой пропаганды можно было отнести не так много: религия, газеты с журналами, которые пока здесь именуются, как альманахи, и… слухи.

Уже понимая, что я очень скоро окажусь в Москве, где можно будет опробовать, как здесь газеты нынче работают в качестве пропагандистского рупора, я заранее накидал шаблон для будущей статьи. Пока ничего особо революционного: журналист восторгается моими урожаями, а я рассуждаю, что первоочередной долг любого дворянина — это, накормить тот народ, который ему доверен и обеспечить своим крепостным достойные условия для жизни. А иначе все разговоры про угнетение крестьян и ожидания милостей свыше, выглядят, как балабольство откровенных лентяев и малахольных личностей, ни на что не способных, кроме как сотрясений воздуха своим пустословием.