И лишь потом завести ребенка.

Ей будет к тому времени года тридцать три — по утверждению британских медиков, как раз идеальный возраст для рождения первенца.

А тут…

Но довольно быстро ужас сменился радостью — тем более при виде сияющей физиономии Томми и огромного букета бледно-розовых роз, которым он сопроводил свою новость. И при мысли, которая почти сразу пришла ей в голову: «Раз так — я теперь должна хорошо питаться! К черту капусту и низкокалорийные хлебцы! И к черту, к черту, к черту обезжиренный йогурт!!!»

Выписать Клодин обещали в пятницу. Если бы она не была беременна, отпустили бы домой на второй день — а так, по словам врача, за ее состоянием требовалось еще понаблюдать.

По мнению самой Клодин, состояние у нее было вполне нормальное — разве что немилосердно чесался шов поперек ребер (непонятно, когда это Арлетт ухитрилась ее так основательно полоснуть).

Томми приходил к ней каждый вечер. Просиживал по несколько часов рядом с кроватью, болтал о том-о сем; принес Клодин сотовый телефон и зарядное устройство, рассказал, что Дино уже дома и вполне доволен жизнью.

Передал привет от Брука — оказывается, тот тоже был в больнице, но в другой, с черепно-мозговой травмой. Его обещали выписать недели через три, и врачи утверждали, что он так легко отделался лишь потому, что быстро попал к ним в руки. Если бы он до утра пролежал в холле — то есть если бы Клодин не проснулась среди ночи и не заметила в библиотеке свет — последствия могли быть куда более тяжелыми.

«Это его Имон так ударил, да?» — спросила Клодин. Томми вздохнул и покачал головой: «Нет. Арлетт». Но на дальнейшие вопросы отвечать отказался, сказал, что расскажет все, когда сможет — через пару дней.

Ришар позвонил в среду. Для начала патетически упрекнул Клодин, что она, «жестокая», его «забыла и разлюбила» — ведь обещала позвонить еще в воскресенье! Но, узнав, что она в больнице, перестал дурачиться, и они славно поболтали.

Она рассказала ему про драку с Арлетт — Ришар ахал и восхищался ее храбростью. И о похищении тоже рассказала; вспомнив, как, не решаясь спросить, не изнасиловали ли ее, маялся Томми (ох уж эти мужчины!), заявила напрямую:

— Ты наверняка хочешь знать, не покушались ли они на мою честь. Так вот, никаких даже намеков не было!

— Я всегда считал, что англичане — странные люди! — не растерявшись, парировал Ришар.

Обещанное Томми «через пару дней» наступило в четверг. Именно в этот день он, придя в больницу, сказал:

— Ну вот, теперь я готов тебе все рассказать.

Клодин понимала, что есть вещи, о которых ее муж рассказывать просто не имеет права — так что в чем-то он наверняка приврет, а о чем-то умолчит. Но все равно было интересно.

Томми сел рядом, взял ее за руку.

— Ну, слушай. Все началось просто — мальчик встретил девочку…

Мальчик встретил девочку…

С этого начинается много самых разных историй — веселых и грустных, трогательных и забавных, трагических и романтических. И криминальных тоже.

Так же началась и эта.

Мальчик встретил девочку — Имон Финней встретил Арлетт Лебо…

За свою недолгую жизнь Имон успел заработать две судимости. Впервые он был арестован еще в пятнадцать лет — вместе с отцом, хорошо известным полиции Ольстера квартирным вором, который с детства начал приобщать сынишку к «семейному бизнесу».

На их несчастье, нашелся свидетель, который видел выходивших из обокраденной квартиры людей и смог их опознать.