Но трюк Джейна сработал. Да, он действительно получил тепловой удар, но далеко не такой мощный, как могло показаться. Джейн просто изобразил слабость и даже «случайно» оступился – и этого хватило, чтобы док и вся остальная команда перепугались. Джейн был очень горд собой: еще бы, ведь ему удалась весьма неплохая махинация. Черт побери, да с таким талантом он мог бы в театре карьеру сделать.

Подняв кофр – проклятая штука осталось такой же тяжелой, как и раньше, – он вернулся на корабль.

Оказавшись на борту, Джейн сразу направился в свою каюту. Бесшумно спустить кофр по трапу оказалось совсем не легко, однако в конце концов ему это удалось.

Теперь кофр следовало спрятать.

В кубрике – в нише, завешенной тряпкой, – Джейн хранил небольшой арсенал пистолетов, однако это был не единственный тайник. Джейн развинтил шурупы на одной из пластин палубного настила и поднял ее. Под ней оказалась полость. Джейн опустил в нее кофр. Свободного места едва хватило.

Затем Джейн вернул пластину на место и улыбнулся.

«Чистая работа», – подумал он. Мэл не хочет, чтобы кофр был на корабле. Джейн хочет. Простое решение: пронести кофр на борт, когда никто не видит. А чуть погодя Джейн отправит Бэджеру личную волну, в которой скажет, что доставит драгоценный «аппарат» при первой же возможности. Благодарный Бэджер заплатит ему за транспортировку, и Джейну даже не придется ни с кем делиться. Джейн считал, что эти деньги – компенсация за тот ад, через который он прошел сегодня днем.

Его взгляд упал на «Веру», которая стояла в углу: должно быть, туда ее поставила Кейли. Девочка совсем не умеет обращаться с оружием. Нельзя вот так прислонять винтовку к стене. Это плохо, это неуважительно.

Однако положить «Веру» на ее обычное место в нише Джейн не мог. Если он так сделает, кто-то может догадаться, что ночью он был в кубрике, и тогда весь обман раскроется. Ему было больно оставлять «Веру» так, но он сжал волю в кулак и заставил себя вернуться в медотсек. Там он прицепил пакет с физраствором к штативу и лег на кушетку.

Довольный собой, Джейн закрыл глаза и вскоре заснул сном праведника.

Тем временем кофр в его кубрике продолжал испускать еле слышное гудение, которое днем Джейн принял за плод своей фантазии. Звук становился то громче, то тише, накатывал волнами и постепенно начал распространяться по кораблю, словно зловещая монотонная песня. Кофр гудел, гудел, гудел…

Глава 11

Шаттл, который Инара когда-то арендовала у Мэла, стоял пустой. Исчезли шелковые портьеры, богато украшенные висячие лампы, экзотическая мебель, дорогие ковры. Она забрала все это с собой, и осталось только простое, утилитарное: переборки, металлический пол, пульт управления. Он ничем не отличался от любого другого шаттла, прикрепленного к любому другому кораблю. В нем не было ничего особенного.

Однако после Инары тем не менее в шаттле что-то осталось.

Мэл повел носом и с силой втянул в себя воздух.

Да, вот он – еле уловимый аромат благовоний, очень слабый, едва ощутимый. Он немного напоминал запах роз, но к нему примешивалось что-то более тяжелое и насыщенное – возможно, аромат пачули.

Запах висел, словно эхо в концертном зале, когда оркестр уже сыграл последние ноты симфонии. Мэл стоял и наслаждался им.

Для него это превратилось во что-то вроде ритуала: утром, еще до того как все проснулись, он заходил в шаттл и в течение нескольких секунд вдыхал запах, который для него стал неразрывно связан с Инарой Серра.

Запах радовал Мэла. Он пробуждал в нем печаль.

И, что самое главное, этот запах разжигал в нем ярость.

Мэл злился на нее.

Он злился на себя.

Вчера Кейли сказала правду: команда плыла без руля и без ветрил, дрейфовала.