– Ты говоришь, словно настоящий Кобб. Папа гордился бы тобой. Ты счастлив, Джейн?

– Это странно, и тем не менее – да, я счастлив.

– Это все, о чем ты мечтал?

– В общем, да, черт побери.

Глава 27

День у Бэджера, если положить руку на сердце, выдался не из лучших.

Настроение после разговора с Малькольмом Рейнольдсом у него было мерзопакостнейшее. Какой наглец! Отказался от совершенно нормального груза. Он король всего Лондиния, что ли?

И хуже всего был тот факт, что Рейнольдс оборвал связь. Да, он сделал вид, будто не слышит Бэджера, но было ясно: Рейнольдс над ним издевался.

Чтоб он сдох, гаденыш.

Однако реальную проблему для Бэджера представлял не перевозчик товара, а его предполагаемый получатель. В какой-то момент ему придется сообщить клиенту, что тот – по крайней мере, в обозримом будущем – не получит «Машину иллюзий», за которую уже заплатил.

И чем дольше Бэджер будет откладывать этот звонок, тем лучше.

Во всей галактике нашлось бы не много людей, которых Бэджер боялся, но человек, о котором шла речь, был одним из них. «Боялся»? Это еще мягко сказано. «Испытывал ужас от одной мысли о нем», – так будет точнее.

Все утро Бэджер хмурился и кипел от ярости, расхаживал по своему логову в Ивздауне и чистил одно яблоко за другим, пытаясь побороть тревогу. Обычно яблочная терапия помогала, но не в этот раз.

А нельзя ли все равно добыть этот кофр вместе с его ценным содержимым? Правда, на Кентербери он никого не знает, если не считать покойного неоплаканного Хойта Кестлера. Можно отправить на поиски товара одного из своих людей – да, это бы обошлось недешево, но расходы бы оправдались. Но сколько времени это займет? Дня три-четыре, и это даже если допустить, что ящик удастся найти.

За три или четыре дня покупатель захочет узнать, что стало с товаром. Покупатель предположит, что ящик уже у Бэджера и готов к отправке. Покупатель совсем не обрадуется, узнав, что «Машина иллюзий» все еще на Кентербери – и, возможно, пропала.

Сидя в одиночестве в своем офисе, Бэджер собрался с духом, чтобы отправить покупателю волну, но в последний момент передумал.

Так он делал несколько раз. Наконец, после десятой попытки, мучения Бэджера прекратились: покупатель сам вышел на связь.

Бэджер знал, что выбора у него нет: он должен ответить на звонок. Дрожащим пальцем он нажал на кнопку «Принять».

– А-а, мистар Баджер, – сказал Аделай Нишка.

Улыбающееся лицо старика заполнило собой весь экран. Нишка – лысоватый, с очками на носу, напоминал твоего любимого дедушку – того самого, кто качал тебя на коленях и давал тебе ириски даже после того, как ты ими уже объелся.

– Вот вы где, – продолжал Нишка. – Весь день я жду от вас вестей. Как это приятно, думаю я, будет иметь связь от моего друга Баджера. Но ничего не приходит, и я спрашиваю себя – я обидел? Может, я… как это сказать… разозлил его?

Во рту у Бэджера пересохло, но он все-таки сумел сказать:

– Мистер Нишка, я как раз собирался…

– Ай-ай-ай. – Нишка помахал пальцем. – Оправдания. Они – вещи, которые как… Дырявое ведро, да? От них нет пользы.

– Я не опра…

– И ложь, – снова прервал его Нишка. – Она еще хуже. Ведро без ручки. Вы понимаете этот образ?

Бэджер не был уверен, что понимает, но все равно кивнул.

– Итак, – сказал Нишка, – у меня есть слова, которыми я должен с вами перекинуться.