– Тогда откажись, – нахмурился Саша. От холода его нос и щеки покраснели.

– Мне придется ехать. Не думаю, что это подстава. В любом случае у меня здесь особый интерес. В мире есть всего три человека, сумевших подобраться к Витренко вплотную: я и двое немецких полицейских. Мы трое – те концы, которые ему не удалось обрубить. Но Витренко очень последователен. И в этом его слабость. Несмотря на всю свою осторожность, Витренко любит оказаться на месте убийства, если цель действительно важна для него. Он любит присутствовать при этом лично. И это единственная возможность достать его. Тебе удалось проверить три имени, сообщенные мною?

– Да. Но все равно мне непонятно. Ты лично их выбрал, потому что доверяешь им. А если доверяешь, то к чему моя проверка?

– Я считал, что знаю Петра Самолюка. – Бусленко говорил о командире штурмовой группы, упустившей Витренко в Киеве. – Ему я тоже доверял. Похоже, купить можно каждого.

– Не беспокойся, я их проверил.

– И об этом никому не известно?

– Если тебе надо узнать, кто имел доступ к министерским файлам, – Саша снова поежился, несмотря на то что одет был вполне солидно, – то ты обратишься ко мне. Не волнуйся, я спрятал все концы в воду. Как бы то ни было, все трое чисты, как и те трое, подобранные мною. Никто из них не служил ни под Витренко, ни под офицерами из окружения Витренко, и никаких возможных связей с ним мне выявить не удалось.

– Значит, ты смог найти мне еще троих?

– Да. – Затвердевшие на морозе губы Саши попытались растянуться в довольную улыбку. – И я горжусь этим. Все трое отвечают сформулированным тобой требованиям. И я включил одну женщину. Ты с ней уже встречался… Капитан Ольга Сарапенко из Киевского управления по борьбе с организованной преступностью.

Бусленко удивился такому выбору, но вспомнил, как по профессиональному хладнокровно статная «барменша» повела себя при проведении операции в «Селестии», и улыбнулся.

– Думаешь, она справится?

– Она понимает, как Витренко и Молоков разрабатывают свои акции. Она является одним из наших ведущих экспертов по организованной преступности. Ольга имеет незапятнанную репутацию, и, насколько я понимаю, ты имел возможность лично убедиться, как она себя ведет в нештатной ситуации. Как я уже говорил, команда подобралась на редкость хорошая.

– Единственное, что меня беспокоит, так это то, что мы берем их из разных служб, – заметил Бусленко. – Не лучше ли было взять всех из «Сокола»? – Бусленко сам служил в подразделении спецназа «Сокол». По формальным признакам он скорее был полицейским, нежели солдатом. «Сокол» представлял собой элитное спецназовское подразделение, входившее в состав управления по борьбе с организованной преступностью министерства внутренних дел. Остальные члены команды были из других подразделений спецназа МВД: «Титан», «Скорпион», «Снежный барс», «Беркут» и даже «Золотые орлы», где в свое время служил сам Витренко. Двое вообще не относились к системе МВД: они были из подразделения «Альфа» Службы государственной безопасности Украины.

– Я постарался собрать самых лучших из лучших. Каждый из них – мастер своего дела. Мне не дает покоя только то, что и у Витренко команда не хуже. – Саша поднялся и, потоптавшись на месте, чтобы согреться, протянул Бусленко папку, которую тот сразу же убрал во внутренний карман пальто. – Здесь все детали. Береги себя, Тарас.

Бусленко проводил взглядом удалявшуюся фигуру, горбившуюся под порывами морозного ветра.

– Ты тоже, – пожелал вслед коллеге Бусленко, когда тот уже не мог его слышать.