Изменить размер шрифта - +
Нашла, что искала, присела и подняла камешек.

— Сейчас брошу в вас, — заявила безапелляционно. — Постарайтесь отразить.

Федор в ответ лишь плечами пожал. Чудит барышня. Варвара отошла на несколько шагов, размахнулась и метнула в него камушек. Дальше случилось невероятное — перед Федором возник щит. Камень отразился от него и просвистел обратно, сбив с Оболенской шляпку. Та только взвизгнула. Федор подбежал, поднял шляпку и протянул спутнице. Та поспешно водрузила ее на голову.

— Что это было? — спросил Федор.

— Зеркальный щит, да еще активный, — ответила Оболенская. — Ишь, как камень отразил! Сильней, чем бросили. Поверить не могу! Редчайший дар, о таком в книжках читала. Не знаю, есть ли у кого еще. Но у вас откуда? Прежде были способности?

— Предметы двигал, — ответил Федор. — Так, по мелочи. Баловство.

— А потом сняли знак с огневика, заполучив его силу, — продолжила спутница. — После смерти мага, она перетекает в знак. Но хранится недолго — не более часа. Вы успели перенять. Право, интересно. Дар кинетика в сочетании с огневым — и такой необычный результат.

— Ну, и что делать? — спросил Федор.

— Укреплять и развивать дар, — ответила Варвара. — Я вам помогу, меня этому учили.

— Для чего?

— С зеркальным щитом, да еще активным, вас возьмут в гвардию царя. Дадут титул.

— Больно нужно! — хмыкнул Федор. — У меня есть занятие, Варвара Николаевна, и оно мне нравится. Осеняться не желаю.

— Ваше право, — сказала Оболенская, как почудилось Федору, с одобрением. — Только от занятий не отказывайтесь. Пригодится. Будь на вас щит, в том бою вы могли убить мага, отразив огнешар. Не пришлось бы хитрить с револьвером. А еще вас не будут брать пули и, возможно, снаряды.

— Я подумаю, — сказал Федор.

— Как решитесь, отыщите меня, — предложила спутница. — В библиотеке я ежедневно, кроме воскресенья. Домой не приходите — хозяйка решит, что вожу мужчин. Выгонит. Да и комнатка у меня скромная, стыдно пригласить. Лучшую снять не могу — жалованье небольшое.

 

— Ах, Варвара Николаевна! — улыбнулся Федор. — Было бы чего стыдиться? Я рос в приюте. Представляете сотню коек в одном помещении? Потом были казарма при заводе, а затем — в полку. Один в комнате недавно живу. Все в жизни меняется. Будет и у вас свой дом с прислугой, муж, дети, жизнь счастливая. Чего я вам искренне желаю.

— Удивительный вы человек, Федор Иванович, — сказала Оболенская. — Столько доброты… Буду рада видеть вас. А сейчас мы пришли, вот мой дом…

Федор попрощался и пошел к себе. Варвара проводила его взглядом. «В приюте рос, — вспомнила его слова. — Кто из родовых сдал? Вот же идиоты! Потерять человека с таким даром! Хотя, чему удивляюсь? Они все кретины. А вот я своего не упущу…»

 

Глава 15

 

Юлия пила чай с булками. И то и другое ей принес официант из ресторана и, получив плату с чаевыми, удалился, пожелав: «Бон апети!». Хорошая прислуга в «Астории», вышколенная. Любое пожелание постояльца выполнят мгновенно, но и чаевые любят. Причем, пятачок не дашь — морщатся. Что поделаешь — столица. Жить в ней дорого, но безумно интересно. Вчера они с Николя были в Михайловском театре, смотрели оперетту Оффенбаха «Парижская жизнь» в представлении французской труппы. На французском языке, разумеется. Прекрасная музыка, артисты.

Быстрый переход