– Я его не украла!

Очевидно, она говорила о пистолете.

– Ты его нашла?

– Да, в комнате Элилу. Это она его украла! Бланш изумленно распахнула глаза. Шиб осторожно коснулся рукой запястья Аннабель.

– В комнате Элилу? Ты туда заходила?

– Да! Потому что я хотела забрать моих покемонов, она их взяла, а они мои!

– Ну конечно. И ты увидела там пистолет?

– Да, он был в ящике с игрушками. Я хотела отнести его папе. Это не я, это Элилу– воровка!

– Не говори так, дорогая! Не надо так говорить!..

Бланш закрыла глаза и прижала к себе дочь так крепко, что Шиб испугался, как бы она ее не задушила.

– Комната Элилу не запирается на ключ? – спросил он у Бланш.

– Нет. А зачем? Чтобы помешать ей туда вернуться? – усмехнулась Бланш, не открывая глаз.

Шиб не ответил. Кто же спрятал пистолет среди игрушек Элилу? И с какой целью? Внезапно он представил себе Андрие, как тот с горящими безумием глазами крадется среди ночи по дому и заглядывает в каждую комнату. Дети крепко спят и посапывают во сне... Он смотрит на них с бесконечной грустью, а потом берет пистолет и стреляет в одного за другим. Размозженные головы, удивленно застывшие глаза, ошметки мозгов на снежно‑белых подушках... Потом отец семейства сует пистолет в рот и спускает курок...

Андрие или Бланш?

Когда он представил себе в роли убийцы Бланш, картина показалась ему даже более реалистичной.

– Пей шоколад, дорогая, – мягко сказала Вланш дочери, – Ты согреешься.

– Я не хочу шоколад! Хочу кока‑колы! Что ж, Аннабель явно идет на поправку.

В этот момент в коридоре послышались шаги.

Шиб поднялся. С порога на них удивленно смотрел Андрие. Вид у Жан‑Юга был усталый. В руке он держал дорогой кожаный портфель.

– Что здесь происходит? Айша ничего не смогла мне толком объяснить. Почему вы в моем костюме? – спросил он у Шиба.

– Ничего. Все в порядке, – тихо ответила Бланш, укачивая Аннабель.

– Что значит – «ничего» ? – раздраженно спросил Андрие.

– Произошла небольшая неприятность, – начал объяснять Шиб. – Аннабель упала, и...

– Я не упала! – внезапно закричала Аннабель с искаженным от злости лицом. – Это он меня толкнул!

– Кто– «он»? Что? – одновременно воскликнули Шиб и Андрие.

– Убийца из того фильма! Он поселился у нас в доме и теперь всем отрежет головы!

Андрие повернулся к жене.

– Ты можешь мне объяснить, что это значит? –; спросил он.

– Я ничего не понимаю.

– Из какого фильма? – спросил Шиб!

– Не помню. Он в черном капюшоне с белой маской на лице.

– Наверное, это «Крик», – вполголоса сказал Шиб.

– Ты им разрешаешь смотреть фильмы ужасов? – строго спросил Андрие у жены.

– А ты хоть раз поинтересовался, что они смотрят? – отпарировала Бланш, поднимаясь.

Аннабель соскользнула с ее колен и подбежала к отцу, тот подхватил ее на руки.

– Пойду разыщу Айшу, пусть уложит ее спать, – холодно произнес он и вышел.

Бланш протянула дрожащую руку к нетронутой чашке шоколада и отпила глоток.

– Терпеть его не могу, – пробормотала она, ставя чашку обратно на стол. – Теплый, сладкий и тошнотворный, как слова утешения. Аннабель хотели убить, ведь так?

– Не знаю, – ответил Шиб. – Дети часто выдумывают небылицы.

– Сначала кто‑то украл пистолет Жан‑Юга, а потом чуть не убил мою дочурку! Что же, он так и убьет их всех, одного за другим?

– Кто– «он»?

– Тот демон, о котором говорил Дюбуа.