— Мы же договорились на ты, — Огланов приспустил окно и подставил лицо влажному ветру… пахнущему соляркой, бензином и канализацией.

— Это вы ко мне можете на ты, — уточнил Арди. — а я к вам на вы.

— Как хочешь, — махнул флягой старый сыщик. — Ничего особенного. Отслужил. Вернулся. Не хотел принимать участие в махинациях Иригова и его сестрицы. Порой наведывался в дешевые бордели, постоянных спутниц и друзей не имел. Вон, после смерти остался должен владельцу доходного дома, где снимал жилье, почти семь с половиной эксов. Стрясли с родственников.

— А они…

— Фермеры на северо-востоке. Большая семья, — Огланов пошкрябал ногтями щетину. — Отец, мать, старенькие бабушки с дедушкой, множество братьев и сестер. Через суд владелец дома взыскал с них оплату.

Ардан промолчал. С одной стороны, по закону, тот был в своем праве, но с моральной стороны… с моральной стороны не Арду судить других людей. Он их в целом, все еще, не очень-то хорошо понимал. Ну или «не до конца» понимал.

— Получается никаких зацепок?

— Никаких, юноша… — Огланов осекся прежде, чем Арди успел среагировать на предыдущее обращение сыщика к нему. — … прости. Никаких, капрал. Кроме, разве что тесного соседства с другими такими эпизодами. К примеру…

— Отец Таисии Шприц и недавно почивший Велиград Навалов, — закончил за Огланова Ард.

— Да примут Вечные Ангелы его беспокойную душу, — Огланов осенил себя священным знаменем Светлоликого.

А когда они с Ардом выехали на проспект Нового Времени, где юноша вцепился в руль мертвой хваткой и едва было носом не ткнулся в лобовое стекло, Огланов осенил себя еще раз.

— Если так переживаете, то могли бы и сами сесть за руль.

— Мог бы, — согласился Петр. — если бы умел водить.

Ардану стоило немалых усилий удержать транспорт в полосе и не врезаться в ближайший грузовик, перевозивший какой-то товар с фабрики. Ард не успел прочитать какой именно и откуда. Но, судя по расцветке, что-то связанное с печатным производством.

— Вы не умеете водить⁈

— А ты думаешь, капрал, мне для чего нужна была Лиза? Алла… да поглотит её тьма, — Огланов выругался и, с отвращением глянув на флягу, приложился к ней еще раз. Видимо жалел, что внутри чай, а не что-то покрепче. — Знаешь, меня когда твои доблестные коллеги в черном и с дурными манерами, поставили в известность о настоящей личности… личностях Елизаветы Арис, то… — Петр покачал головой. — Есть вещи, Ард, о которых ты не хочешь вспоминать. А есть, о которых даже знать не хотел бы. Вот я бы, если честно, предпочел и дальше иногда приносить цветы на могилу бойкого водителя в платье, чем…

Петр махнул рукой. Старый сыщик вообще любил активно жестикулировать, то и дело опуская ладонь поближе к рукояти револьвера. Интересно, как складывалась жизнь бывшего Главного Инспектора Метрополии? Фактически, одного из высших начальников в корпусе стражей столицы, а теперь — теперь простого, не всегда мытого, лысеющего и стареющего частного сыщика с офисом в полузаброшенном здании.

Ардан, по правде, не знал, как ему относиться к Петру Огланову. Он встретил его еще до того, как окунулся в круговерть событий, связанных с Кукловодами и прошлым Империи и семьи Арда. Тогда Огланов показался Арду немного печальным, сумасбродным стариком, любящим джаз и играть в Семерку. А сейчас… тот все еще оставался таким же старым, столь же сумасбродным, по-прежнему печальным, но больше не таким… не таким… Арди не мог подобрать нужных слов. И это его беспокоило.

— Она ведь не просто так к вам на работу устроилась, — Ардан, отправляя мысленные благодарности Спящим Духам, повернул с главной улицы Нового Города и поехал через хитросплетение коротких улиц в сторону Кривоводного канала.