– Сатана?.. А, понимаю. Это ваше название для Деструктора?

    – Вероятно. – Хелот улыбнулся. Интересно, что сказал бы отец Тук, если бы увидел, как Хелот из Лангедока бодро ведет разговоры на богословские темы? «Еще немного, – подумал он, – и я начну посрамлять дьявола…»

    – И что было дальше с ним, с этим сыном? – поинтересовался Лаймерик. – Много начудил?

    – Не так чтобы очень, но люди оказались очень злы к нему и по ложному обвинению в поджоге распяли.

    – Поясни, – потребовал Лаймерик.

    Хелот замялся. Ему вдруг стало неудобно за людей перед этим маленьким, забавным существом. Но волей-неволей приходилось отвечать, и он нехотя сказал:

    – Гвоздями к большому кресту прибили и держали, пока не умер.

    Лаймерик отшатнулся и прижал ладони ко рту. В его глазах показался неподдельный ужас.

    – Великий Хорс, какие злодеи! А ты еще обижаешься, когда говорят, что дакини – низшая раса! Много непотребств чинил Народ, часто ругался со своим Демиургом, но такого зверства мы никогда не допускали. Мы бы даже Деструктора, наверное, пожалели, не говоря уж о Демиурге, хоть он и безответственный тип. Ну а теперь ваш творец небось к вам и дорогу позабыл?

    – Верно. – Хелот вздохнул. – И носу не кажет. А мы злодействуем себе каждый на свой лад, и всякий верит, что уж его-то возмездие не постигнет.

    Лаймерик почесал кончик носа.

    – Наш Демиург возвращался к нам неоднократно. И как появится, так неприятностей не оберешься. Такой уж нам творец достался. Я, кстати, всегда говорил, что Демиурга не выбирают. Что поделаешь, если нам выпал в творцы беглый каторжник?

    – Что? – Хелот чуть не выронил щенка, и Лаймерик сердито отобрал у него детеныша.

    – Очень просто, – сказал мастер горностаев. – Пойми меня правильно, дакини, это одни только слухи. Может быть, необоснованные. А может, и нет. Ведь дыма без огня не бывает, а про Моргана рассказывают, будто он горбатил на свинцовом руднике, куда угодил за свои прежние прегрешения… Кстати, он этого не отрицает. Может, он и сейчас в тюрьме сидит, потому что не верю я, что Морган Мэган может исправиться. Не такой он Демиург, чтобы не сотворить какую-нибудь пакость.

    Хелот молча уставился на своего собеседника. Река Адунн. Мир Аррой. Морган Мэган. Все сходилось одно к одному.

    Он так глубоко задумался, что вздрогнул, когда Лаймерик тихонько подергал его за рукав:

    – Эй, дакини, тебе плохо?

    – Нет. Скажи, Лаймерик, если Народ так горд, что никому не служит, почему же ты служишь Теленну Гваду?

    Лаймерик помялся, подумал немного, поводил подбородком по мягкой шерстке щенка, мирно спящего у него в ладонях. Потом спросил:

    – Когда госпожа Имлах разрешила тебе задавать любые вопросы, что она говорила насчет ответов?

    – «Ты получишь правдивый ответ или не получишь никакого», – процитировал Хелот.

    – А… – Лицо Лаймерика выразило огромное облегчение. – Если она сказала именно так, тогда другое дело. Тогда хорошо.