– Встань прямо, скотина, – сказал ему Гай. На ленивой физиономии стражника явственно проступило недовольство. Гисборн ударил его по лицу перчатками. Хелот, который терпеть не мог стражников, невольно залюбовался.

    – Открой, – велел Гай.

    Стражник повиновался. Все трое вошли в маленькое, лишенное света помещение, откуда доносились запахи прелой соломы и человеческих испражнений.

    Хелот поднял факел повыше и в углу, на грязной соломе, увидел Робина из Локсли. Его светлые волосы слиплись и в беспорядке падали на лицо. Руки были не скованы, а связаны так, что веревка впивалась в тело. Он сидел, прислонившись спиной к влажной стене камеры. При появлении посетителей Локсли только прикусил губу.

    – Встань и подойди поближе, – приказал ему Гай.

    Арестованный не шевельнулся. Небрежным жестом руки Гисборн подозвал стражника, зная, что тот все равно наблюдает. Голова в кожаном шлеме нехотя всунулась в дверь.

    – Чего?

    – Объясни этому мужлану, что от него требуется.

    – Это мигом, – сказал стражник. Он вразвалку подошел к Робину, несколько раз ударил его и поднял за шиворот.

    – Куда его? – спросил стражник.

    – Сюда, ко мне, – ответил Гай.

    Стражник швырнул арестованного Хелоту в ноги. Локсли молчал и не сопротивлялся – берег силы. Он остался лежать неподвижно лицом на каменном полу. Ухмыляясь, стражник пнул его в бок, затем схватил за подмышки и поставил на ноги.

    – Ежели понадоблюсь, позовете, – произнес он, удаляясь.

    Теперь ясные серые глаза Робина остановились на детском лице Греттира. Разбитые губы знаменитого разбойника зашевелились.

    – Я узнал тебя, щенок, – сказал Робин хрипло. – Зря я тебя не повесил тогда… – Он скверно улыбнулся.

    Хелот, ощутив, что Греттир оскорблен до глубины души, сжал в темноте руку юноши.

    – Гай Гисборн пожаловал собственной персоной, – продолжал Робин. – А вот кто третий? Свет бьет меня по глазам, я плохо вижу…

    – Мы здесь не для того, чтобы ты разглядывал нас, смерд, – проговорил Хелот. – Мы сами пришли посмотреть на тебя.

    С этими словами он опустил факел пониже и обратился к своим спутникам:

    – Посмотрите, господа, на эти колени. О, ноги – великий предатель! Как они дрожат, высокочтимые господа! Приятно поглядеть, не так ли?

    Локсли действительно вздрогнул, как от удара.

    – Врешь, – еще более хрипло сказал он. – Не дрожат у меня колени.

    Хелот сунул факел ему под нос.

    – Зря ты надеешься на своих бандитов, – заявил он. – Им тебя не выручить. Клянусь девственностью святой Касильды, здесь ты и подохнешь. – После чего обернулся к Гаю Гисборну. – Сэр Гай, не было бы более осмотрительно заковать его в цепи? Веревки не кажутся надежными, когда речь идет о таком преступнике.

    – Да, это была оплошность, – согласился Гай и крикнул: – Стражник! Разбойника в цепи!

    В этот момент Хелот незаметно отстегнул от пояса кинжал.