Марк легонько дернул себя за ухо, не совсем понимая, что имеет в виду Император. Гай Филипп еле заметно пожал плечами.

– Да так, пустяки, – сказал Туризин. – Зайди ко мне завтра утром, прежде чем отправишься к кагану и вновь начнешь с ним торговаться. Мне нужно переговорить еще кое с кем.

Похоже, Туризин в хорошем настроении, подумал Марк. Римлянин поклонился и вышел. Туризин уже кричал своему слуге:

– Гликий! Живо сюда, черт бы тебя побрал! Приведи Марзофла и Арига. ‑Небольшая пауза. – Нет, ленивый олух, понятия не имею, где они. Немедленно найди их, иначе тебе придется искать другую работу.

* * *

макуранец плюнул под ноги Скавру, когда трибун и Гай Филипп подошли к лагерю Вулгхаша. Трибун подумал, что сейчас на них нападут. Марк уже собирался бросить большой белый щит парламентера и потянуться за мечом.

– Я этого ожидал, – сказал Гай Филипп. Он также встал в боевую позицию. Скавр кивнул.

Но часовой, разрядив свою злость, надменно повернулся к ним спиной и пошел вперед, показывая римлянам дорогу к шатру кагана. На сей раз они направились прямо к шатру. Солдаты Вулгхаша потрясали кулаками, когда римляне проходили мимо. Кто‑то бросил в них кусок навоза, который ударился в поднятый щит Гая Филиппа, запачкав белую краску.

Вулгхаш стоял у входа в палатку, разговаривая со своими телохранителями. Один из них указал пальцем на римлян. Каган издал глухой горловой звук, дернул подбородком, указывая на заляпанный навозом щит Гая Филиппа.

– Подходящий символ для нарушенного мира! – прорычал он.

– Насколько известно Туризину, мир еще сохраняется, – ответил Марк. – Или на тебя совершено нападение?

– По крайней мере, избавь меня от протестов невинного ягненка, ‑фыркнул Вулгхаш. – Скорее я поверю в то, что шлюха осталась девственницей! Тебе известно так же хорошо, как мне, что сделал Гавр в эту ночь. Он послал своих видессианских головорезов и этих отчаянных дикарей из Шаумкиила избивать йездов – тех, что остались в разбросанных лагерях. Несколько сотен погибли, никак не меньше.

– Я повторяю свой вопрос: атаковали ли тебя и твоих воинов здесь?

Монотонный голос Скавра заставил кагана резко поднять голову и взглянуть на него повнимательней.

– Нет. – Голос Вулгхаша внезапно стал очень настороженным.

– Тогда я повторю еще раз, что мир между тобой и Императором не нарушен. Ты же сам сказал нам вчера, что йезды тебе совершенно не нужны, что они тебе не подчиняются и что тебе наплевать на них. В таком случае Туризин имеет полное право поступать с ними так, как ему заблагорассудится. Или ты все же отвечаешь за них… в тех редких случаях, когда тебе выгодно?

Вулгхаш побагровел.

– Я говорил, – сказал он, отчеканивая каждое слово, – о йездах, которые уже находятся в Видессе.

– Так дело не пойдет, – вмешался Гай Филипп. – Именно ты вчера жаловался, что эти псы лизали сапоги Авшара вместо того, чтобы лизать твои. А сегодня ты желаешь заполучить их назад. Хорошо. Я так понимаю, йезды не были частью нашего договора. Что касается вот этого, – он бегло покосился на щит парламентера, – то твой солдат бросил в него куском навоза.

Марк перебил Гая Филиппа:

– Туризин мог атаковать ночью вместо йездов тебя, но он этого не сделал. Он не собирается уничтожать твою армию и тебя…

– …потому что это будет ему слишком дорого стоить!

– Вполне возможно. Но тебе это будет стоить куда дороже. Туризин сейчас сильнее. И так как он сильнее, он собирается прогнать тебя отсюда.