Затем изображение на мгновение затуманилось.
– Ведущий «Кабан», похоже, они только что сбросили подвесные баки.
– Понял. – Значит, китайцы сожгли горючее, чтобы забраться на высоту, и теперь вступят в бой с полными внутренними баками. Расстояние между ними и Е‑ЗВ «Сентри» сократилось до двухсот миль. Теперь их намерение было ясным – они хотели сбить самолёт радиолокационного наведения. На модифицированном «707‑м» находилось тридцать человек, и Уинтерс был знаком со всеми. Они работали вместе много лет, главным образом во время учений, и каждый диспетчер на «Сентри» имел свою узкую специальность. Некоторые особенно хорошо подводили тебя к воздушному заправщику, другие умело посылали тебя на охоту. Были и такие, которые лучше всего могли защищать себя от противника. Сейчас за дело примется эта третья группа. Экипаж «Сентри» будет думать, что несправедливо намеренно преследовать модифицированный старый авиалайнер… только потому, что он наводил свои истребители на тех, которые сбивали их друзей за штурвалами истребителей. Ничего не поделаешь, – подумал Уинтерс, – такова жизнь. Но он не собирался дать возможность этим бандитам беспрепятственно атаковать ещё один самолёт американских ВВС.
Оставалось восемьдесят миль.
– Скиппи, следуй за мной, – приказал полковник.
– Понял тебя, ведущий. – Два истребителя взобрались на высоту в сорок тысяч футов, для того чтобы холодный грунт позади целей создал хороший контраст для их ракет с инфракрасными головками самонаведения. Он снова проверил радиолокационный дисплей. Да, их не меньше тридцати, огромное превосходство. Если бы китайцы сообразили, они разделились бы на две группы – одна вступила в бой и отвлекла американские истребители, а вторая атаковала основную цель. Он постарается сконцентрировать своё внимание на последних, но если первая группа пилотов окажется компетентной, это окажется непростым делом.
В наушниках послышалось щебетание. Расстояние сократилось до шестидесяти миль. Почему не сейчас? – спросил он себя. Китайские истребители были за пределами видимости, но в пределах досягаемости его ракет AMRAAM. Время ударить их прямо в зубы.
– Пускаю «Слэммер», – произнёс он по радио.
– Понял, «Слэммер», – ответил Скиппи, находящийся в полумиле справа от него.
– «Фокс‑Один»! – сказал Уинтерс, когда первая ракета сорвалась с направляющих.
Первый «Слэммер» уклонился налево, разыскивая предназначенную для него цель – один их ведущих вражеских истребителей. Скорость сближения между ракетой и целью значительно превышала две тысячи миль в час. Он опустил взгляд на дисплей – да, точка цели расширилась и начала падать. Номер восемь. Время для другого:
– «Фокс‑Один»!
– «Фокс‑Один», – отозвался его ведомый. Через несколько секунд: – Попадание! – крикнул лейтенант Акоста.
Вторая ракета Уинтерса каким‑то образом прошла мимо цели, но сейчас не было времени выяснять причину. У него было ещё шесть ракет AMRAAM, и в течение следующей минуты он выпустил четыре из них. К этому времени он уже видел приближающиеся китайские истребители. Это были «Шеньян J‑8II», у них были радары и ракеты. Бронко включил устройство подавления радиолокационного излучения, не зная, работает оно или нет. «Интересно, – подумал он, – имеют ли его ракеты способность самостоятельного наведения на цель подобно его „Сайдуайндерам“?» Наверно, скоро узнает, но сначала он пустил две оставшиеся ракеты.
– Поворачиваю направо, Скиппи.
– Следую за тобой, Бронко, – ответил Акоста. |