– А чего это он о рюкзаком? – удивился Сашка.

Галкин поднял глаза и, усмехнувшись, ответил:

– Не знаю. Может, за картошкой пошел… Тогда Зверев ничего не понял. Да и не мог понять. Он просто не знал, что рюкзаком опера называют между собой резидента . Впрочем, он еще даже и не подозревал о существовании такой штатной единицы в милиции. Резидент ассоциировался с чем то шпионским. Сашка вспомнил, улыбнулся. А резидент Лебедев, невзрачный пожилой дядька в сером поношенном плаще, уже исчез.

Зверев почти ничего не знал о нем. Кроме, пожалуй, того, что Лебедев всю жизнь проработал опером.

Зверев пошел дальше. Всего через сотню метров он снова встретил знакомого. Даже двоих… Из Елисеевского навстречу Сашке вышли два жулика. Доктор и Жора Кент. Были они веселы, возбуждены и нагружены покупками. Закуской и выпивкой. Даже при беглом взгляде было очевидно, что подельники собирались хорошо погулять.

– Здорово, орлы, – сказал, подходя поближе, Зверев.

– О, Саша, – весело приветствовал Доктор. – Какими судьбами?

– Живу я здесь, Доктор. Разве не слыхал?

– Здрасьте, гражданин начальник, – шутливо раскланялся Кент.

– Здорово здорово…

Зверев оценил горлышки коньячных бутылок, выглядывающих из пакета Доктора, и наполненный закуской пакет в руках Кента. Совершенно очевидно, что набрали подельники не на одну сотню рублей. Да еще и переплатили – брали то, наверняка, из под прилавка. Дефицит!

– Хорошо гуляем, – сказал Сашка, – Круто. Никак рэкетнули кого? Или праздник нынче?

– Конечно праздник, Саша, – отозвался Доктор. – Мы сегодня ночью Босого опустили на шесть тонн в очко.

Босой был наркоман. Шесть тысяч рублей у Босого? Да в руках он не держал таких денег. В том, что подельники кого то обыграли в карты, ничего мудреного не было – поигрывали. Не как профессиональные каталы, но играли… А вот шесть тысяч у Босого? Сомнительно…

Сашка Доктору с Кентом так и сказал: А мне сдается, братаны, рэкетнули вы какого то кооператора, а?… Нет, – ответили братаны, ты же, Саша, нас знаешь… чего нам волну гнать?… Ну ну, гуляйте пока.

На этом и разошлись. Доктор и Кент сели в ожидающую их шестерку (Зверев автоматически засек номер) и с ветерком укатили… А у Сашки в голове засела мысль: ну откуда у наркомана Босого шесть тысяч? Это, практически, стоимость автомобиля. Зверев закурил сигарету и взялся обдумывать эту ситуацию: Босой и проигрыш «Жигулей». Что то здесь не так. А ведь был когда то у Славы Бусыгина угон, был… так так так. А если снова? Возможно это? Вполне, вполне возможно. Вот только на угнанной тачке шесть тонн трудно заработать – они за полцены идут, а то и за треть, за четверть. Разве что «Волга». А ну ка проверим, решил Зверев. Резко изменил курс и направился в отделение. Первым делом он позвонил в 8 ой отдел УУР, который занимался угонами, и выяснил у статистика, что угонов «Волг» в последнее время не было. А когда было? Да считай месяц назад, ответил гаишник.

Месяц назад… нет, это не подходит. У наркомана деньги долго не задерживаются. Теоретически нельзя исключить, что «Волгу», угнанную месяц назад, держали в отстое, ожидая покупателя. Но это маловероятно. Такие тачки, как правило, угоняют под заказ. И долго не держат – опасно.

Тогда что? – думал Зверев. – Тогда возможен кидок покупателя автомобиля. А машины продают только на Энергетиков, в Красном Селе и в Апрашке… Ну, давай посмотрим. Сашка спустился в дежурную часть и попросил у дежурного городскую сводку. Его интересовали два района: Красногвардейский и Красносельский за последние три четыре дня. Апраксин двор можно не проверять – если бы там что то произошло, он бы обязательно знал, земля то своя…

Сашка быстро просматривал широкую, порезанную на куски формата А4 телетайпную ленту сводки.