Пару часов, не меньше, – мысленно простонал парень.

Было решено, что с Торриусом нельзя играть по его правилам, а нужно создать собственные. Его игры заходили слишком далеко, Торриус не слушал слова даже собственной жены. Его разум был затуманен навязчивой идеей.

Джекс отчасти понимал правителя. Торриус Солер пытался все исправить, помочь жене, помочь миру, но делал только хуже и, даже осознавая, не желал останавливаться. Поэтому вместо него это приходилось делать остальным.

– Почему нельзя просто пойти в кабинет этого смертного? – Посланник смерти терял всякое терпение с каждой минутой.

Джекс понимал негодование эринии, ему самому уже хотелось бросить все и уйти. Слишком долго ждать надоедало. Но он не мог сознаться в этом Вайленту, иначе тот начнет давить еще больше, подбивая Джекса на то, что делать не следует.

– Торриус не дурак, он усилил охрану, как только мы сбежали, к тому же ты добавляешь нам проблем.

– Я?

На самом деле обвинения Джекса были не совсем верными. Иметь посланника смерти на своей стороне было неплохим преимуществом, да и куда лучше, чем если бы эриния действовал против них. Это в разы упрощало положение.

Но Джексу нравилось поддевать Вайлента, спуская того с небес на землю, и хоть на мгновенье убирать его самодовольство.

– Да, тебя могут снова приручить.

Это слово определенно не понравилось Вайленту, и он нахмурился. Эриния знал, что такое может произойти, и остерегался этого. В первый раз он чувствовал, что ему просто повезло. «Поводок» из заклинания был слабоват, а Вайлент оставался довольно сильным эринией, чтобы справиться с этим. Но ему и тогда освобождение далось непросто.

Если Торриус или тот, кто стоит за ним, поймут свои ошибки и просечку в заклинании, повторив его, они привяжут Вайлента так же, как смогли сделать это с Нортсом.

Пусть с виду всякий эриния казался холодным, скупым на эмоции и страшным посланником смерти, но все они были связаны между собой. Мойра называла других богинь судьбы сестрами, но это из-за того, что их было всего трое и они проводили вместе много времени, фактически являясь единственной компанией друг для друга. У посланников смерти все обстояло иначе, они не были братьями, они были командой. Большой и единой.

Иногда эринии ссорились между собой и имели разногласия, но они отличались особой верностью.

– Что ж, подождем, – с неохотой согласился Вайлент.

В отличие от Джекса, который сжимал сай и стоял в позе, готовый к нападению, эриния присел на ступеньку и откинулся назад, располагаясь поудобнее. Продолжительного времени, пока придет Торриус, Джексу не понадобилось.

Этот план парень успел составить с Кайнаром. Невозможно было вытащить правителя из его собственной резиденции, так что приходилось бороться на чужой территории. План предложил Кайнар, а Джекс был вынужден согласиться, потому что это звучало не так плохо, как их обычные планы. Он ощущал вину, что не посвятил в него мойру, но был уверен, что Кайнар сейчас этим и занимается. Еще Джексу не нравилось спонтанное распределение, потому что с Альмой ему было спокойнее и проще.

Проще, – повторил про себя Джекс и попытался скрыть улыбку, чтобы эриния не задавал лишних вопросов.

С каких пор с невыносимой богиней судьбы вдруг стало проще? С их первой встречи Джекс бы назвал это чем-то сложным, уж точно не легким.

Из мыслей его вывел голос Вайлента:

– Я чувствую чью-то ауру совсем рядом, и она мне знакома.

– Ты ощущаешь ауры? С каких пор? – удивился Джекс.

– С момента моего создания для служения Танатосу.

– Но ты никогда прежде об этом не упоминал.