– Дорога до резиденции правителя будет долгой, – предупредил Джекс. – Не говоря уже о том, что добраться до Торриуса Солера еще труднее, практически невозможно с его охраной!

– Кто этот Торриус Солер?

– Правитель. Самая важная шишка среди людей. Главнее его нет. Демьян – его сын, поэтому, если мы собираемся встретиться с Демьяном, нам придется столкнуться и с охраной его отца.

Джекс предложил добраться до остановки рейсовых автобусов. Альма не хотела соглашаться, утверждая, что их могут поймать ищейки, как это было в прошлый раз, но Джекс сказал, что это самый быстрый способ, не оставив ей выбора.

– Кем бы он ни был, но даже правитель не сможет не пропустить мойру. Его жизнь в моих руках, и этот аргумент он воспримет серьезно.

Джекс пожал плечами, ставя под сомнение ее слова.

– Чтобы он как минимум тебя увидел, нам придется перебить всю его личную охрану, а их наверняка много.

– Истин дал тебе оружие, – на полном серьезе сказала Альма.

– Я не собираюсь убивать им людей. – Джекс был категоричен. – Оно предназначается для монстров.

– Нам нужен не сам правитель, а его сын, Демьян, – с горечью и злостью в голосе сказала Альма. – А он похуже любого монстра, такой же безжалостный.

– Это не делает ситуацию лучше.

Но Альма совершенно не слушала парня. Мойра была погружена в собственные мысли. Ее разум затмевал гнев. Демьян, этот хитрец. Он, вероятно, знал, что мойра может сбежать, и подстраховался, взяв ту единственную вещь, за которой она придет любой ценой.

– Мне все равно! – гневно огрызнулась Альма. – С тобой или без тебя, но я найду свою книгу, у меня просто нет другого выхода. Без нее я не вернусь в Пантеон.

– Я иду с тобой, потому что мне тоже нужно получить ответы. И без эринии моя мать навсегда останется на грани смерти. Если я могу сделать хоть что-то для нее, я сделаю это.

Альма сдернула с себя кепку, и волосы рассыпались по плечам, водопадом ложась на грудь и спину.

Джекс увидел, что пряди до ушей черного цвета, а дальше белые, как первый, еще не тронутый снег.

Девушка указала на свою макушку:

– Осталось мало времени.

– Твои волосы… они показывают время?

Альма зыркнула него, в ее взгляде читалось: «Ну ты и идиот!»

– Можно сказать и так. Как только мои волосы окрасятся полностью в черный, я перестану существовать.

– Разве это возможно? Я думал, богини бессмертны.

– Я не умру, я исчезну.

– Это не одно и то же?

Альма нахмурилась и вновь надела кепку, убирая волосы. Она прятала их не от людей, а от себя: мойра не хотела их видеть.

Девушка пожала плечами, то ли от холода, то ли в знак ответа.

– Исчезнуть хуже. Души смертных направляются в Царство Темных и перерождаются, а когда исчезает богиня или бог, то ничего не остается. Эриния может забрать душу бога, но, в отличие от человеческой души, она не переродится, а просто исчезнет в Царстве Темных.

На небе не светили звезды, Альма, сколько ни пыталась, не могла разглядеть даже одной. Джекс застегнул свою толстовку и спрятал руки в карманы. Ждать автобуса пришлось дольше, чем они рассчитывали, так как ночной рейс ходил не слишком часто.

Через полтора часа, когда парень перестал чувствовать кончики своих пальцев и половину лица, обдуваемую ветром, к остановке подъехал старый автобус. Дверь медленно открылась и впустила пассажиров.

Кроме них с Джексом, Альма заметила только одного мужчину в середине автобуса. Он сидел и читал потрепанную книгу. На его голове была шляпа, и девушка не смогла рассмотреть его лицо.