– Вы не пользуетесь картами «Гугла» или навигатором? Было бы куда практичнее. – Джекс, изогнув бровь, посмотрел на карту.

– Дело в том, что Атропос требуется именно эта карта, она нужна для поиска. Это древнейшая реликвия. Она досталась нам, служителям, чтобы мы могли помогать мойрам, если на то будет необходимость. Боги сильны, но иногда их нужно подтолкнуть к чему-то.

Джекс провел по карте рукой. Бумага казалась старой, и парень боялся, что она рассыплется прямо на глазах, но этого не произошло.

– Я давно хотел спросить: почему тебя некоторые называют Атропос? – уточнил Джекс, переведя взгляд на мойру. – Тот эриния, Нортс, тоже тебя так назвал.

– Таково мое истинное имя, но я люблю его сокращать, и сестры называют меня между собой Альмой; я подумала, что разрешу и смертному, который вытащил меня из леса, тоже так обращаться ко мне.

Девушка улыбнулась, едва заметно приподняв уголки губ. Отблески свечей падали на ее лицо. Несколько прядей с обеих сторон выбились из-под кепки и упали ей на лоб, Альма не решалась ее снять, как сделала это с очками. Она не хотела обличать перед служителем то, как почернели ее волосы, напоминая о том, что Альма не принадлежит этому миру.

Служитель тихо откашлялся.

– Думаю, уже можно начать, – сказал он.

Альма вновь взглянула на карту, но попытки расшифровать ее оказались бесполезными. Зато Джекс, встав рядом с мойрой и задумчиво уставившись на карту, явно все понимал. Это раздражало. Девушка ощущала, что смертный ее в этом превосходит.

Кто-то надежно спрятал книгу. А еще этот кто-то явно ее защищал. Поэтому Альма, хоть и чувствовала ее в этом мире, не могла найти, будто нечто мешало ей, сбивая с толку.

Истин указал в самый центр карты, а свободной рукой взял первую попавшуюся свечку. Он прошептал пару слов, и язычок пламени начал танцевать, будто внимательно слушая служителя.

Альма узнавала те слова, которые произносил Истин. Это были строки из древнего писания богов. Служитель применял заклинания поиска. Девушка подошла ближе и коснулась ладонью карты. Свечи рядом вспыхнули так, что Джексу, опиравшемуся на стол, пришлось сделать шаг в сторону, чтобы ему не подпалило волосы.

Карта отозвалась на силу мойры и принялась показывать то, что искала богиня. Альма закрыла глаза. К ее пальцам медленно подбирался горячий воск, падающий со свечей. Джекс хотел было предупредить, чтобы девушка убрала руку, но Истин его остановил, грозно посмотрев. Его глаза так и говорили парню не вмешиваться не в свое дело. Джекс думал, что для таких ритуалов требуется кровь или что-то вроде того, но прикосновения мойры к карте вполне хватило. Через какое-то время воск начал расходиться по бумаге и скапливаться в одном месте – справа, ближе к углу.

– Я знаю, где это, – огласил Истин, довольный своей работой.

– Это все знают, – с явной ухмылкой ответил ему Джекс, ощущая преимущество. Из него получится проводник куда лучше, чем из служителя, который всю жизнь прожил в старой церкви на кладбище.

Альма распахнула глаза и посмотрела на них обоих.

– И где это место?

Девушка пыталась всем своим видом показать, что просто-напросто не желает разбираться в странных чертежах и указаниях. Ей не хотелось признавать свое незнание чего-либо.

– Твоя книга у кого-то из правящей верхушки, как мы и думали, – хмыкнул Джекс, показывая в то место, где был воск. – Здесь находится резиденция нынешнего правителя и его приближенных.

– Атропос, неужели вы направитесь туда? – взволнованно заговорил Истин. – Боюсь, к самому правителю будет тяжело пробраться.

– Я мойра, – отрезала она, слово «правитель» для нее не имело никакого значения.