Они миновали ряды деревянных скамеек, покрытых лаком.

Как-то слишком современно для места, отстоявшего не один век, – хмыкнул про себя парень.

– Ты уверена, что здесь есть кто-то… кхм… живой? – шепотом спросил Джекс идущую впереди девушку.

Несмотря на то что он старался говорить тихо, его голос все равно раздавался эхом, отскакивая от стен и усиливаясь, отчего Джексу было слегка неловко.

– Скоро придем, – только и ответила Альма.

Мойра сняла очки, потому что они мешали ей видеть в темноте. Девушка обосновала это тем, что тот, кого она надеется найти, и так знает о ее истинной сущности богини судьбы. Мойра ощущала в глубине души странное смятение, потому что Демьян не мог спрятать книгу здесь. Если церковь была создана для служения мойрам, то зачем тогда помещать сюда вещь, которую хочешь спрятать от богини судьбы.

Что-то тут не так. Чувствую, что иду в верном направлении, но книга определенно не может быть здесь.

Джекса раздражало, что девушка почти ничего не объясняет, он чувствовал себя ходячим инструментом, который даже непонятно для чего нужен. Его присутствие наверняка обременяло мойру, ведь именно по его запаху следовали ищейки. Но он не мог позволить себе отступить ради мамы и правды об отце.

Альма дошла до массивной двери, на которой были выгравированы непонятные для Джекса слова на другом языке. Девушка с легкостью толкнула дверь, и она открылась. Будто их уже кто-то ждал.

Помещение походило на каморку. В центре стоял стол, полностью заставленный зажженными свечами. Воск капал на его согнутые ножки и сразу же застывал. Вдоль стен на полу стояли стопки книг, некоторые из них были раскрыты. В воздухе витал аромат благовоний, в основном Джекс улавливал нотки кедра.

– Ты здесь? – Альме даже не пришлось повышать голос, чтобы он прозвучал достаточно громко и ее могли услышать. Теперь она точно была уверена, куда привела ее красная нить. Пусть мойра не смогла найти книгу, но она отыскала того, кто сумеет ей в этом помочь.

Ответа не последовало, но через пару мгновений из-за угла появился человек. По крайней мере, Джекс надеялся, что это человек, хотя парню казалось, что он готов уже ко всему.

Незнакомец был одет в прямую рясу черного цвета. На его голове Джекс заметил головной убор, похожий на остроконечную шапку из бархата того же цвета, что и ряса; она покрывала голову до бровей, а ее складки образовывали крест.

– Не думал на своем веку увидеть здесь мойру, – сказал он.

– Как вы поняли, что это она? – поинтересовался Джекс.

Служитель усмехнулся, уголки его губ слегка изогнулись на короткое время.

– Было бы странно служить в церкви богам и не знать их.

Парень пожал плечами, частично соглашаясь. Он вспомнил портрет трех мойр в музее. Действительность никак не сходилась с тем, что он видел на картине. А этот человек узнал в Альме богиню судьбы сразу, как только взглянул. Значит, он был не простым смертным.

– Истин, мне нужна твоя помощь. – Откуда-то мойра знала его имя.

Девушка осмотрела белыми глазами все вокруг. Джекс так к ним пока и не привык. Когда Альма надевала темные очки, ему было спокойнее, с ними мойра хотя бы внешне походила на человека.

– Буду рад вам служить, богиня.

Джекс скривил губы. Он знал, что Альма богиня, и даже видел ее способности и силу, но при этом ему было сложно воспринимать ее как бессмертное могущественное существо, чей мир далек от его. Обращение служителя звучало непривычно.

Одна из свечей погасла. Их были сотни, если не тысячи. Они стояли так плотно друг к другу, что их огонь соприкасался, но служитель сразу заметил ту, которая догорела, словно следил за каждой. Джекс думал, что он достанет коробок спичек или зажигалку, но Истин подошел к потухшей свече и поднес руку к белому дыму.