Темнота наступала быстро, но двигатель бронетранспортера все так же взревывал временами где-то наверху: поиск беглецов продолжался. Захар кинул взгляд на реку. От противоположного берега их отделяло каких-то двести-триста метров. Мелькнула мысль, что они вполне могли бы перейти на ту сторону по льду, держась в тени моста, не рискуя быть замеченными и не остывая на морозе.

– А почему нельзя на лед, Юль? – поинтересовался Захар.

– А ты и правда не знаешь? – удивилась девушка. – Ты что, действительно не местный?

– Не, не местный. – ответил Захар. – Проездом. Регистрацию показывать или билета будет достаточно?

– Чего? – нахмурилась девушка.

Захар мысленно обругал себя. Его спутнице, когда пришла Срань, было лет пять. И благ тогдашней цивилизации вкусить она не успела. Потому все, что ей сказал Захар, для нее было абсолютно непонятным.

– Ладно, извини. Я тут действительно недавно. Потому не в курсе, что тут и как. Я даже не знаю, куда ты меня ведешь. Мне сказали, что в городе больше людей нет.

– Заводские сказали? – усмехнулась девушка. – Не удивительно. С их точки зрения мы и не люди-то, наверное.

– То есть?

Юля открыла было рот, чтобы объяснить, но не успела. Сверху раздался какой-то шум, посыпались куски прессованного снега, а потом в воздухе мелькнуло темное пятно, и что-то большое мягко приземлилось на берег в десятке метров от них.

Захар резко развернулся, вскидывая обрез, и замер в оцепенении.

На снегу, опираясь на огромные, мускулистые передние лапы, сидела… обезьяна. Самая настоящая обезьяна, размером почти с человека, покрытая длинной, свалявшейся шерстью пепельно-серого цвета. Чудовище открыло пасть, показав набор больших тупых зубов, покрытых желто-коричневым налетом, и громко зарычало. Лесник не стал ждать, пока монстр перейдет в атаку и дернул оба спусковых крючка.

Заряд крупной дроби поймал существо в воздухе – одним сокращением могучих мышц обезьяна отправила себя вперед, намереваясь на излете ударить Захара широкой грудью и сбить с ног. Он не знал, что тварь планирует делать дальше – впиться зубами ему в голову или забить до смерти большими руками, но ни один из вариантов его не устраивал. Он успел дернуть оружие вверх в последний момент перед выстрелом, однако, хоть выстрел дуплетом и не прошел мимо цели, эффекта он не возымел. Густая смерзшаяся шерсть животного больше походила на панцирь, и выстрел с не самого близкого расстояния не причинил ему никакого вреда. Захар успел только отпрыгнуть в сторону, когда тварь приземлилась на все четыре лапы на то место, где он только что стоял.

Девушка, оказавшаяся с животным лицом к лицу, вскрикнула. Захар не успевал нашарить в кармане куртки патроны, и тем более – отличить дробовые от пулевых. Он зажал обрез под мышкой и ринулся вперед.

Решение пришло само по себе. В тот момент, когда странная обезьяна дернулась вперед, собираясь атаковать девушку, Захар нагнулся и вцепился руками в длинный розоватый хвост, лишенный шерсти.

Чудовищный рывок едва не бросил его на землю, но он, сжав зубы, смог устоять. Захар уперся ногами в землю, всем телом отклонился назад и что было сил дернул.

Весила обезьяна не меньше сотни килограммов, а каково было усилие чудовищных лап – страшно было даже представить. Захар застонал и снова рванул монстра за хвост в сторону.

Монстр недовольно зарычал и повернул голову назад.