Наступает полная тишина. Позади нас один из охранников с громким щелчком снимает с предохранителя огнемет. Восьмой подает голос первым:

— Что мы должны сделать?

— Ничего необычного, — говорит Маршалл. — Чтобы не попасть в яму, вам достаточно выполнить свой долг. У меня есть для вас миссия.

Я закатываю глаза к потолку.

— Полагаю, такая, в результате которой мы оба погибнем?

Маршалл поворачивается ко мне, и его улыбка превращается в усмешку.

— Хотите перечитать заново свою должностную инструкцию, мистер Барнс?

Я вздыхаю:

— Выкладывайте.

И он выкладывает.

23

Антиматерия, если вам интересно, — потрясающая штука.

Если ее не трогать, она ведет себя как обычная материя. Если бы во время Большого взрыва образовалось чуть больше антивещества и чуть меньше нормальной материи, у нас сейчас была бы абсолютно функциональная вселенная из антивещества. Однако этого не произошло. В результате мы имеем нормальную материальную вселенную, и когда в нее попадает антивещество, начинает твориться черт знает что. Постулат, что при взаимодействии обычной материи и антивещества можно получить чистое преобразование массы в энергию, не совсем верен: это зависит от того, какие именно частицы взаимодействуют, каковы были их энергетические состояния до столкновения и в какой среде происходит контакт. Словом, на выходе можно получить что угодно — от гамма-всплеска до массивного выброса субатомных частиц, рикошетящих вокруг на околосветовой скорости.

И Первый, и Второй с удовольствием поведали бы, что живому организму даже близко не захочется испытать такое на себе.

Антивещество открыли еще на Старой Земле, задолго до времен Диаспоры, когда «Чжэн Ши» не существовал даже в виде чертежей в чьем-нибудь автокаде. Однако долгое время исследователями антиматерии двигало простое любопытство. Тогда еще не придумали, как синтезировать и сохранять ее хоть в сколько-нибудь значительном количестве. Все изменилось в одночасье. Могу поспорить, подавляющее большинство людей будет утверждать, что именно метод Чугункина и стал тем уникальным научным прорывом, который непосредственно привел к созданию Диаспоры.

В основном, конечно, потому, что антиматерия абсолютно необходима для межзвездных путешествий. Ни одно вещество, открытое нашими физиками до настоящего времени, не содержит столько энергии в компактной форме, чтобы она позволила разгоняться до скоростей, необходимых для преодоления пропасти между звездами. Тем не менее даже в ином случае — если бы, например, подтвердилась одна из концепций перемещения с помощью нереактивных двигателей, с которыми ученые игрались до открытия Чугункина, — вполне вероятно, что Диаспора все равно не возникла бы без технологии производства антивещества в огромных количествах.

Теперь вам, должно быть, ясно, что во многих смыслах снаряжение миссии для основания колонии является лишь актом отчаяния. Это дорого, вероятность провала очень велика, и даже если миссия увенчается успехом, планета, на которую отправляются колонисты, скорее всего, будет значительно хуже того места, откуда они прилетели, как минимум на протяжении жизни нескольких поколений. Чтобы совершить такой пространственный прыжок, надо либо стремиться к чему-то великому, либо спасаться от чего-то ужасного. Древние микронезийцы, например, бежали от истощившихся природных ресурсов и голода.

То, от чего бежали мы, — Война пузырей.

Банальная истина: каждое новое технологическое изобретение в истории человечества в первую очередь всегда использовалось на благо сексуально озабоченных. Печатный станок? Несколько Библий, дальше порнография. Антибиотики? Идеально подходят для лечения ЗППП. Окуляры? Не заставляйте меня рассказывать, для чего их впервые начали использовать.