— Ален?

Мужчина приподнял голову. Лицо его было необычайно бледным, броня — грязной. Даже поза его казалась немного странной, как будто это не он носил свою броню, но последняя помогала ему оставаться на ногах.

Мужчина проковылял пару метров, посмотрел на неё, попытался выдавить улыбку и вдруг грохнулся на пол.

— Ален! — вскрикнула Мел. Она бросилась на помощь, но застыла, когда увидела на спине мужчины глубокую красную рану. На секунду Мел растерялась, но затем её светлое личико сделалось решительным.

— Я сейчас!

Она повернулась и устремилась в коридор. Не прошло и минуты, как показалась рыжая женщина, Карела, и врач — седой старик в белом халате.

Ещё через пять минут Алена перенесли на белую койку. В Сеппии была своя больница, которая, однако, сильно уступала лазарету гильдии авантюристов. Здесь можно было найти самое современное оборудование, а также травы и препараты со всех краёв Мультивселенной, которые могли за считанные секунды поставить на ноги умирающего.

Однако на каждое действие есть противодействие. Вселенную населяли существа, против яда которых даже самые действенные лекарства были бесполезны.

Лицо врача помрачнело, когда он заметил, что рваная рана на спине Алена постепенно чернеет. В неё проник яд, и не простой, но чрезвычайно опасный, избавиться от которого было почти невозможно. Старик пристально посмотрел на своего пациента, на Мел, которая стояла рядом и с выражением предельного напряжения на своём необычайно человеческом личике держала инструменты, и наконец на Карелу и мрачно покачал головой.

Женщина побледнела и прикусила губы.

— Боюсь… — сказал врач, — что яд проник уже слишком глубоко. Я не могу ничего… — не успел он договорить, как Алена стали сотрясать конвульсии. Его тело вздрогнуло, как будто через него пустили ток, а затем затрепетало; через все его поры стали просачиваться обильные капли кровавого пота.

— Нам стоит немедленно покинуть помещение, — быстро проговорил старик. — Даже малейшие испарения данного вещества могут привести к непоправимым последствиям

— Я останусь, — заявила Мел, но врач помотал головой:

— Не стоит. Вам ничего не грозит, но вы всё ещё можете быть носителем и переносчиком заболевания. Идёмте… Здесь уже… ничего не поможет…

После этих слов решимость, которая прежде читалась на лице куклы, исчезла; выражение её сделалось рассеянным. И всё же она сохранила достаточную силу духа, чтобы взять Карелу, которая вся дрожала, за руку и вывести её из помещения.

Мел усадила её на скамейку. Карела прикусила губы. Долгое время они сидели в совершенной тишине; наконец Карела вздрогнула, когда услышала тихий голос:

— Карела…

Она повернулась и посмотрела на Мел. Та смотрела в пустоту перед собой и как никогда прежде была похожа на прекрасное мраморное изваяние.

— Мел?

— Ты… — она замялась. — Ты хочешь… его спасти?

— А? — удивилась Карела.

— Ты хочешь… спасти Алена? Это твоё желание?

— Я… — Карела на секунду растерялась — тон Мел показался ей чрезвычайно странным, механическим. Немного помявшись, она кивнула:

— Да.

Мел медленно повернула голову, обращая на неё взгляд своих больших и ясных глаз, и прошептала:

— Пусть…

Карела удивлённо приоткрыла губы… И вдруг услышала хлопок. Что это? Она и врач растерянно посмотрели на закрытую дверь лазарета.

Меж тем Мел приподнялась и направилась прямо к нему.