Окончательное решение тогда так и не вынесли, сошлись на том, что дело нужно изучить получше и со всех сторон. Это и стало началом служебного расследования против Пилигрима, которое должно было завершиться судом.

Сам же Пилигрим сперва считал, что старшие градстражи неправы: никакие обычаи не должны значить больше, чем результат, иначе остановится развитие. Но чем больше времени проходило, тем сильнее становились его сомнения насчет того, кто же все-таки ошибается.

Он начал замечать изменения в собственном поведении, ему становилось сложно сосредоточиться. Зверь, заключенный отныне в его душе, рвался на свободу. Контроль, после обряда такой совершенный, ускользал все чаще.

Пилигрим попробовал обратиться к магическим ритуалам, для начала защитить собственное жилище. Когда он создал клетку, в которую добровольно запирал себя, у него появилось время для медитации, он старался взять зверя под контроль. Вроде бы, получилось.

– Тогда Усачев и назначил меня твоим напарником, – признал Пилигрим. – Он, думаю, хотел испытать меня в полевых условиях. Тут наши цели совпали: мне тоже нужно было это испытание. Похоже, я его завалил.

– Чуть не завалил, – поправила Рада. – Это могло случиться, когда ты рванул от меня после какого-то дурацкого предсказания.

– Но теперь ты должна понимать, почему я так поступил!

– Ну, я понимаю. А еще я считаю, что ты ошибся. То, что я здесь и у меня на месте руки и ноги, – лучшее тому доказательство.

– Если бы выбор был за мной, я бы никогда не согласился на такое испытание.

– Как же хорошо, что выбор был не за тобой, – тихо рассмеялась Рада. – Я признаю, что ты накосячил с этим ритуалом. Но я не думаю, что из-за этого ты должен потерять магию – и уж тем более лишиться жизни!

– Наше общение все равно остается рискованным.

– Ага, но ты лучше подумай: что бы со мной случилось, если бы ты не помог мне? Если бы они меня забрали? Нет, я намерена продолжать расследование, теперь уже точно.

– Ты осознаешь, насколько ты безответственная? – поразился Пилигрим.

– Кто бы говорил! Мне нужно идти, мама уже два раза звонила, но я сослалась на то, что с подругой гуляю.

– Твоя мать легко может это проверить.

– Потому у меня и есть заранее предупрежденная обо всем подруга, – подмигнула ему Рада. – Но даже этим трюком нельзя пользоваться слишком часто и слишком долго. Сегодня вечером я постараюсь выяснить, кем же был Михаил Романов, он – наш следующий шаг. Завтра утром напишу тебе, где встретимся, если все получится.

Пилигрим только кивнул. Не хотелось расставаться с ней – и не хотелось верить. Он не чувствовал в Раде страха, однако допускал, что это его способности все еще сбиты после недавнего перевоплощения. Как она может его не бояться? После всего, что она видела…

Она наверняка в ужасе, просто сумела это скрыть. Она обманула его, чтобы он на нее не напал. Ей нужно было, чтобы он ушел с миром. Она наверняка расскажет обо всем своей матери и Усачеву… А если и нет, она просто больше не придет, ни за что не придет…

Эта мысль должна была радовать его. Однако вместо радости Пилигрим чувствовал нечто подозрительно похожее на боль и пустоту в груди.

Чтобы отвлечься, он сосредоточился на последних воспоминаниях, сохранившихся у него перед превращением в волколака. Понятно, что люди, нападающие на одинокую девушку, никак не могут быть приятными.