— Как ты сумел открыть Переход? — сведя брови, спросила леди Эйлау.

— Обо всём по порядку. Если не возражаете, пройдём в более уединённое место.

Леди Эйлау не возражала, а вот её свита, наоборот, была удивлена подобным заявлением. Они бы и дальше беспокойно шептались, обсуждая их, осуждая Мелину, которая должна быть в лагере за городом, если бы леди Эйлау не приказала заняться делами. Она также громко подозвала одного из мальчишек, маячившего совсем рядом, и приказала распорядиться об обеде на тринадцать персон. В животе Стеллы очень невовремя заурчало.

Ускорив шаг, она вслед за Фортинбрасом вошла в зал совещаний и принюхалась, улавливая запах сильных чар. Мелина не солгала: магия возвращалась в мир, и феи становились сильнее. Или же здесь ощущалась только магия леди Эйлау — она всегда была самым сильным магом Тоноака.

Клаудия с ледяным выражением лица прошла к круглому столу и заняла одно из мест. Её расфокусированный взгляд остановился на Николасе, который даже сейчас ни на шаг не отходил от Твайлы, а губы скривились, когда Энцелад, не говоря ни слова, замер за её спиной. С каждой секундой Стелла всё лучше понимала паршивый настрой Клаудии: если бы и за ней таскался кто-то вроде Энцелада, она бы давно завыла от отчаяния. Она и так едва мирилась с Зеном, который, к счастью, остался во Втором мире.

— Начнём с очевидного, — сказала леди Эйлау, едва стража закрыла за ними двери. — Почему ты привёл ко мне тварь?

Стелла моргнула, удивившись. Но после вспомнила, что, как бы сильно ни старался Фортинбрас, чары леди Эйлау были сильнее. Она — лидер Тоноака, сильнейший маг среди фей и бывшая наследница Сердца. Чары у неё в крови и усиливаются магией, когда-то дарованной Геирисандрой. Было глупо предполагать, что она не узнает, что Твайла — демоница.

— Её зовут Твайла, — миролюбиво улыбнувшись, сказал Фортинбрас и на шаг приблизился к ней, — и ей не нравится, когда её называют тварью.

— Не нравится! — свирепо согласилась Твайла.

— К тому же, она является ракатаном Николаса. Кстати, познакомьтесь, леди Эйлау. — Фортинбрас улыбнулся ещё шире и кивнул на Николаса, который тут же выпрямил спину и расправил плечи. — Николас, избранник Рейны.

Леди Эйлау изумлённо открыла рот, но не ничего не сказала. Стелла, уже раздразнённая одним только упоминанием обеда, легла на стол, вытянув руки, и попыталась собрать остатки своего спокойствия воедино.

— Объяснись! — вдруг рявкнула фея, сверкнув посветлевшими из-за магии глазами. — Сейчас же, пока я не казнила вас всех!

Стелла сомневалась, что это возможно, — хотя, наверное, она могла бы казнить всех остальных, — но всё же насторожилась. Фортинбрас, однако, переглянувшись с Пайпер, щёлкнул пальцами. В воздухе мгновенно вспыхнули тысячи сигилов, сияющие голубым светом. Стелла присмотрелась и поняла, что они формировали барьеры и чары, которые ограждали зал совещаний изнутри.

Просто невероятно. Раньше бы Фортинбрас вручную рисовал каждый сигил, но теперь, когда магии стало больше, ему было достаточно лишь прочитать Время этого места и тут же воссоздать все барьеры и чары. Стелла знала, как работает его магия, и потому была уверена — именно так он и поступил. Но она не знала, что он опустит многие детали и начнёт сразу с появления Райкера.

Стелла старалась внимательно слушать, но отвлекалась едва не каждую секунду. Она то смотрела на лица остальных, пытаясь угадать их эмоции, то принюхивалась, пытаясь понять, откуда тянется запах солёной воды. В какой-то момент она настолько погружалась в свои мысли, что начинала смотреть в пространство перед собой, не моргая, чем даже насторожила Кита. Он, что странно, не оглядывался по сторонам, не изучал помещение.