Итак, что мы имеем? Прямые атаки бесполезны, это ясно. Кар’Танар способен аннулировать любые выстрелы одним жестом. Сосредоточиться на ближнем бое? Попробовать достать плазменным кнутом? Но с его реакцией и разрушительными умениями это, скорее всего, приведёт лишь к быстрой смерти. Так у меня хотя бы чуть больше пространства для манёвра и времени для реакции…

Додумать мысль мне не дают. В следующее мгновение противник поднимает верхнюю левую руку и указывает на меня пальцем. Из него вырывается тонкий чёрный луч и впивается мне прямо в центр лба.

Мир взрывается чудовищной болью. Такое чувство, будто каждый мой нерв полыхает в огне. Из глаз, носа, ушей и рта начинает хлестать кровь. Ментальное воздействие императора буквально рвёт моё тело на части.

Кажется, я кричу. По крайней мере, пытаюсь кричать. Из глотки вырывается лишь сдавленный хрип. Боль настолько всепоглощающая, что я теряю связь с реальностью. Существует лишь эта пытка, и ничего, кроме неё.

* * *

Девора, пошатываясь, вываливается сквозь пролом в стене в полутёмный коридор дворца. Её боевой мех, некогда могучая и устрашающая машина, получил множество повреждений. Из рваных дыр в броне торчат куски фрагментированного металла и сочатся разноцветные технические жидкости.

За спиной Саванта, в комнате, откуда она только что выбралась, лежит обугленное тело врага. Бой выдался тяжёлым и кровавым, на грани возможностей и Ребекки, и её меха. Эта победа далась ей дорогой ценой — мех пострадал, сама девушка ранена и истощена. Рефлекторно она прижимает ладонь к зияющей ране на боку, где вражеский клинок пронзил её насквозь, едва не перерубив позвоночник.

«Меня кто-нибудь слышит? — мысленно кричит она по Ментальной связи. — Отзовитесь!»

Через секунду в её голове прорывается голос Гидеона:

«Бек! Наконец-то! — его мысли пульсируют адреналином и болью. — Мы думали, ты не…»

Связь на секунду прерывается звуком взрыва.

«Жива, цела! — Девора посылает успокаивающий импульс. — Где вы? Статус?»

«Восточное крыло, у тронного зала! — вклинивается напряжённый голос Тая. — Этих тварей слишком много!»

«У меня почти кончилась аркана, — голос Драганы звучит предельно сосредоточенно. — Девора, они хорошо подготовились. Здесь минимум двадцать Нов. Долго не продержимся».

«Дерьмо, дерьмо, дерьмо! — Гидеон посылает волну раздражения и боли. — Только что чуть не поджарился! Бек, нам бы очень, ОЧЕНЬ не помешало подкрепление!»

Савант сканирует тактическую карту, просчитывая оптимальный маршрут.

«Я иду к вам! — передаёт она, направляя своего меха к указанным координатам. — Девяносот секунд! Держитесь!»

«Полторы минуты? — мысленный голос Мэтта звучит сдавленно. — Не уверен, что у нас есть хотя бы одна!»

«Просто стойте! — Девора вкладывает в посыл всю свою решимость. — Не смейте умирать до моего прихода! Я уже близко!»

Она обрывает связь, стискивает зубы и, превозмогая боль во всём теле, и вдавливает штурвал управления до упора, заставляя тяжёлую боевую машину бежать, оставляя глубокие вмятины в мраморных плитах императорского дворца. Неуклюжий, повреждённый мех грохочет и лязгает при каждом шаге, едва поспевая за командами решительно настроенной девушки.

Её существование всегда напоминало жизнь внутри идеального гироскопа — механизма, настроенного с такой невероятной точностью, что он никогда, ни при каких обстоятельствах не допускал ни малейшей качки. Штормовые волны эмоций были настолько же чужды для её привычного состояния, как снегопад для поверхности Солнца — физически невозможны, концептуально абсурдны.