В частности, компанию мне составляет, например, Сильфир «Танцор» Шейли, чей РБМ хоть и скрыт, но теперь его можно прикинуть по моей близости к этому молодчику. Есть тут также Креллик «Зверобой», представитель Симмахии Нар-Вексис «Несломленный», клан-лид Янтарных Крыльев по имени Таарв «Пророк» Ксендис, хорошо знакомый мне организатор Конклава и клан-лид Разомкнутого Круга — Кальтир «Звёздный Мудрец» Рао, несколько кселари, судя по именам и односложным позывным, трое Гексархов — Эстелин «Сердце Льда» Ташал, Имера «Блуждающий Шторм» Агрелл и Алита «Светоч» Бресс, недавно возглавившая Хранителей Равновесия, а также лидеры топовых кланов, с которыми я пока вообще не пересекался, но которые явно входят в оставшиеся фракции — Единение и Триумвират.

В общем, компания подобралась славная. С радостью бы прикончил 99% этих достойных и уважаемых нелюдей.

Ну вот, теперь осталось только забрать доспехи, если они готовы, и можно отправляться на Атарию.

Глава 13

Я стою у входа в мастерскую Импреля «Правдоруба», легендарного крафтера Нексуса. Сегодня мастер должен, наконец, передать мне новый сделанный на заказ доспех. Учитывая безумную заплаченную ему сумму в размере 215-и миллионов, броня не только должен уберегать меня от когтей и клыков любых врагов, но также уметь самостоятельно сушить и гладить нижнее бельё.

На пороге меня встречает сам мастер — высокий ксенос с полупрозрачной чешуёй, под которой просвечивают биомеханические импланты. Из-под защитных очков на меня смотрят внимательные глаза цвета хвойной смолы.

— А, явился, — ворчливо приветствует меня Импрель, скрещивая руки на груди. — Ну заходи, твой экзоскелет готов.

— Рад слышать. Посмотрим, на что способен мой новый доспех, — отвечаю я, входя в мастерскую.

Внутри царит приятный полумрак. В воздухе витают ароматы раскалённого металла, озона и незнакомых технических жидкостей. Стены увешаны чертежами, схемами и голографическими проекциями различных видов брони.

— И где он? Не терпится его увидеть, — спрашиваю я, оглядываясь по сторонам.

Импрель хмыкает и ведёт меня вглубь мастерской.

— Поверь, я вложил в него все свои знания и умения. Это не просто броня, это настоящее произведение искусства!

Мы подходим к высокому стенду, отделённому от остального помещения матовой перегородкой. Импрель щёлкает пальцами, и барьер становится прозрачным, являя моему взору впечатляющее зрелище.

Все экзоскелеты противников, что мне доводилось видеть прежде, представляли собой массивные, неуклюжие конструкции с острыми углами и утолщениями, выступающими далеко за пределы тела своих владельцев. Чем-то они напоминали уменьшенные версии боевых мехов — такие же грубоватные и несуразные, способные разве что переть напролом, сметая всё на своём пути.

Столкновения с Калибаном и ещё парочкой бойцов на Полигоне лишь укрепили это первое впечатление. Их доспехи казались громоздкими и неповоротливыми, словно средневековые латы — эдакие ходячие консервные банки. Чудилось, будто эти ребята и шагу ступить не могут, чтобы не загреметь на весь квартал. Лишь экзоскелет Эльмодара выбивался из этого ряда, будучи весьма изящным.

Однако сейчас, глядя на плод трудов Правдоруба, я понимаю, как сильно ошибался. Передо мной не очередное подобие робота, а самый настоящий симбиоз первоклассных металлов и продвинутых технологий.

Доспех, созданный Импрелем, выглядит настолько обтекаемым и лёгким, что, кажется, не встретит ни малейшего сопротивления воздуха во время стремительного рывка. Ни единого острого угла или выступа — сплошные плавные, текучие линии, напоминающие переплетение мышц под кожей боевого атлета.