- Я же простая наборщица. - Раздраженно проговорила девушка:

- Таких тонкостей я не знаю... В запале Илья Станиславович, не обращая внимания на недовольство студентки, выключил излишне умную машину из сети, отсоединил монитор, клавиатуру и крякнув, потащил системный блок в свои пределы. Едва не уронив ценную технику, он поставил её в угол, кляня себя за целый букет опрометчивых решений и поступков. Но иного выхода не было.

Никто, кроме милиции не должен знать о том, какие документы попали в его руки. Нет, даже не милиции, а ФСБ.

Но Курбский не знал, что слухи о его сегодняшнем странном поведении уже пошли.

XVII. ДАЦЕНКО И СЛУЖБА БЕЗОПАСНОСТИ.

Около полудня Васильевна безжалостно распихала спящего Вектора Даценко.

Писатель вяло отбрыкивался, но был выпровожен из постели и загнан умываться. У Даценко болела голова, хотелось "поправиться", но домработница настойчиво повторяла, что его ждут.

Когда Вектор, побритый и слегка пришедший в чувство, вышел к визитерам, он сперва увидел лишь насупленного Курбского. И только потом сообразил, что вместе с главным редактором к нему пришел незнакомец. - Это кто такой? - Вместо приветствия выдал Вектор:

- Опять деловое знакомство? Подождать не могли, пока я сам проснусь?!

- Господин Даценко, - Официальным голосом произнес Илья Станиславович:

- Это человек из ФСБ. - Чего? - Только и смог ответить популярный писатель. Он внезапно почувствовал слабость в коленках, живот забурлил, словно в кишечнике внезапно появился большой кусок сухого льда.

Незнакомец встал:

- Наудаленко Юрий Андреевич. Полковник Федеральной Службы Безопасности.

Заместитель начальника отдела по борьбе с терроризмом.

После каждого слова муки в животе Вектора становились все сильнее, и на последних словах представления он буквально сорвался с места и, на дрожащих ногах, успел-таки добежать до туалета и запереть за собой дверь.

Тут же в неё застучали и голос полковника строго сказал:

- Господин Даценко, нам надо срочно поговорить! Прогремел несильный взрыв.

Юрий Андреевич и Курбский недоуменно посмотрели друг на друга, прикидывая, не пора ли ломать дверь, но тут из щелей туалета пошла густая волна серного запаха. - Я занят! - Резко выкрикнул Вектор. - Можете пять минут подождать!?.. - Надо, наверное, дать ему просраться? - Глумливо улыбнулся Наудаленко.

Илья Станиславович лишь обреченно махнул рукой.

Прошлая ночь и это утро стоили Курбскому нескольких лет жизни. После прочтения диктофонной записи, обнаруженной на том самом кресле, в котором сейчас и сидел Илья Станиславович, он не смог сомкнуть глаз. Он понимал, что опасности подвергается не только его автор, благодаря которому его издательство переживает небывалый взлет, но и он сам, главный редактор Курбский. Илья Станиславович чувствовал себя как человек, в руки которого попала мина нажимного действия. И держать страшно и бросить нельзя.

Однажды, в "Клубе любителей детектива" при библиотеке имени Карамзина, Курбского перехватил какой-то читатель, представившийся майором УВД. Майор поведал Илье Станиславовичу, что все Управление Внутренних Дел исподтишка смеется над романами Даценко. Бешеный был там хорошо известен, и его появление в качестве положительного героя, да ещё и в тех ситуациях, где реально он выступал на противоположной стороне, могло вызвать лишь ухмылку. Тогда главный редактор лишь подивился странным совпадениям. Майор рассказал несколько случаев из своей практики, в которых фигурировал Бешеный. Сходство с произведениями Вектора было поразительным. Но это постепенно забылось, и теперь Курбский обвинял себя в том, что не обратил вовремя должное внимание на эту информацию и сейчас ему приходится сидеть с этим круглоголовым полковником и быть свидетелем очень неприятного разговора.