Опаздывавшая сестра наконец появилась: хорошенькая землянка с густыми черными бровями и идеальной формы головой, выбритой до легкой темной щетины. Она легонько чмокнула Коль, и девушки стали прогуливаться по полузакрытому торговому центру.

– Предательница, – сказала Коль, кивая на стаканчик с кофе, который несла Терр. Там был символ чужого магазинчика.

– Извини, не могла дождаться.

Коль спросила, как продвигаются свадебные планы Терры. Ее жених казался довольно приятным мужчиной: привлекательным, чувствительным, артистичным. Коль беспокоилась о сестре, но боялась каким-то образом омрачить ее воодушевление. Ей просто хотелось, что сестра была подольше знакома с этим человеком.

– А как у тебя дела? – в свою очередь спросила Терр, подвозя Коль к ресторану, где они планировали поужинать и немного выпить.

Коль, не мигая, смотрела сквозь лобовое стекло на ночной город. Одни здания были настолько черными, что казались лишенными окон, будто громадные обелиски, другие освещались ярко, но не выглядели теплее. Огромный украшенный зубцами храм тиккихотто из синего камня, освещенный голубыми прожекторами, показался Коль особенно одиноким. Некоторые местные журналисты говорили о волнующем смешении культур в Панктауне (они, конечно, предпочитали его настоящее название – Пакстон), очаровательном плавильном котле этносов. Коль чувствовала в этих зданиях не богатое разнообразие, а тихую какофонию, дисгармонию множества непохожих друг на друга незнакомцев, вынужденных стоять плечом к плечу.

– Терр, – спросила она глухо, – тебе нравился мой муж?

– Господи, Коль! – сказал Терр. – Господи!

– Что?

– Ты хочешь, чтобы мы попали в аварию? – Терр взяла себя в руки, выпрямилась за контрольной панелью. – Ведь знаешь, я не могу говорить о нем. Ты просила никогда не говорить о нем… или о чем-то другом! Ты дорого заплатила за эту работу. Зачем тебе вообще это?

– Не знаю, я просто… это беспокоит меня… иногда.

– Это беспокоило тебя, когда ты помнила, вот почему тебе захотелось забыть. Сначала изнасилование, потом он. Тебе было больно, и ты хотела избавиться от этой боли. Теперь возвращаешь свою жизнь, так что не отступай.

– Иногда мне просто любопытно. Как же иначе? Он по-прежнему живет в городе? Он когда-нибудь спрашивал тебя, где я? Он причинил мне боль… физическую?

– Замолкни, Коль. Я всего лишь выполняю то, что ты заставила меня пообещать, так что замолкни.

– Только одно, Терр. Пожалуйста. Он причинил мне боль? Физическую?

Сестра ничего не ответила, только покачала головой.

– Пожалуйста, Терр. Только это.

– Нет. Физическую нет. Подходит? Счастлива? Физическую нет.

– Тогда какую? С чего бы мне бросать его? Или это он бросил меня? Может, он относился ко мне не плохо, а наоборот, хорошо? Может, именно поэтому я хотела забыть его… потому что так сильно любила его…

– В любом случае это неважно. Неважно, нравился он мне или нет, жив он или мертв. Ты хотела этого, и я дала слово, вот и все. Живи дальше. Ты полностью очистилась, у тебя есть шанс начать с чистого листа. Ты должна сосредоточиться и вернуть свою старую работу или подать в суд на этих ублюдков и забыть об изнасиловании и своем браке.

– Я была замужем два года, а до этого встречалась с ним. Всего три года. Я помню свою тогдашнюю работу, но не его. Помню, как лечила зубы у стоматолога, но не его. Это просто… странно, Терр.

– Не сомневаюсь. Но не настолько странно, как быть изнасилованной.