– Естественно, «Избавление» приняло наше предложение, – объяснил Аббас. – Они не хотят, чтобы суд продолжал вмешиваться в это дело… поскольку, несмотря на их возмущение, большая часть производимого товара на самом деле является плацебо. И даже средствами для ускорения развития болезни. Они видят в кругопряде своего друга. Источник бесконечной прибыли. А мы – нет. Мы действительно стремимся помочь жертвам. «Избавление» производит достаточное количество подлинного, полезного препарата, чтобы его можно было выпускать на рынок и предлагать для анализа, если вопрос будет изучаться не слишком глубоко… но от большинства анализов они могут отбиться, просто дав на лапу, где есть необходимость.

Конч мрачно улыбался, откинувшись на спинку кресла и поворачиваясь в нем из стороны в сторону. Свое кожаное пальто он не снял, а очки поднял на голову, отчего волосы встали торчком.

– Если «Избавление» настолько эксцентрично, почему вы думаете, что после вашей победы они станут соблюдать соглашение?

– Ну, подобная дуэль – дело чести, мистер Конч. Как между вашей командой и командой влесси. К тому же, – и Аббас одарил Джаспера улыбкой, которую любой другой человек счел бы пугающей, – если «Избавление» откажется от своего слова, мы заплатим вам солидный гонорар за устранение глав их корпорации.

– Понимаю. И полагаю, «Избавление» приказало своим солдатам сделать то же самое с вашими руководством, если слово нарушите вы?

– Уверен, именно такие инструкции они получили. Вы, наверное, слышали о подобных договоренностях в похожих вопросах.

– Да. Это уже не в первый раз. Разумная подстраховка.

Аббас с преувеличенным беспокойством наклонился вперед.

– Мне ужасно неловко, мистер Конч… Я повел себя грубо. Могу ли я предложить вам эспрессо? Или воды?

– Не возражаете, если я закурю? – Конч распахнул пиджак и показал пачку в кармане черной шелковой рубашки, прямо рядом с пустой наплечной кобурой.

Теперь Аббас смотрел на него с преувеличенным сожалением.

– Простите, мистер Конч… У нас фармацевтическая компания, помните? – Он мягко улыбнулся. – Курение вредно для здоровья.

Прежде чем покинуть здание, Джаспер заглянул в небольшую, размером со шкаф, вызывавшую клаустрофобию кабинку мужского туалета рядом с вестибюлем. Справив нужду и вымыв руки, он плеснул себе в лицо немного холодной воды, поскольку у него начиналась тупая головная боль. Выпрямившись, Джаспер посмотрел на себя в зеркало. Возможно, дело было в недоброй яркости освещения, которое подчеркивало каждую пору, каждую едва заметную морщинку, каждое несовершенство, делало его собственное лицо уродливым и чуждым… или в промелькнувшем воспоминании о том, как он в общественном туалете застрелил в лицо симпатичного молодого человека – наемного убийцу. Какова бы ни была причина, собственное отражение в зеркале беспокоило его. Джаспер заставил себя отвести взгляд, вышел из кабинки и выключил за собой свет.