—      Ты ли это? Стало быть, Никита не пришел?

Федор схватил Ольгу за руку и указал глазами на Ивашку:

—      Он.

Ольга подошла к татарину, торговавшему группой рабов.

—      Сколько? — спросила по-татарски.

—      Ой, джаным, если бы не нужда, клянусь аллахом, не продал бы. Этот раб силен, как джин, умен, как пророк. Но такой краса¬вице дешево отдам: триста серебряных гуруш.

Ольга, не торгуясь, отсчитала триста монет, и Ивашка сошел с помоста. Едва держась на ногах от усталости и волнения, он по¬дошел к девушке и низко поклонился ей. Не умел Ивашка говорить благодарственных слов, только и сказал:

—      Стало быть, Никиты Чурилова дочь? Вишь, какая красави¬ца. Как я вам благодарен!

Радостно блестели глаза у Федора: шутка ли — такое доброе дело пришлось ему совершить. Но рука привычно потянулась скрести затылок, едва вспомнил о большой цене. За него когда-то хозяин заплатил только сто двадцать монет.

Ольга глянула в глаза Ивашке,— сколько лиха видели они... и, дотронувшись до грубой его ладони, сказала:

—      Слава господу, что тебя сыскали. Тятенька, а особенно ма¬менька будут очень рады...

’ Наложница нужна! (тат.).

—      Вон от места сего. Душа не выносит сих поганных дел,—; решительно заявил Федор.

—      Надо бы с другом проститься. Дозволь? — сказал Ивашка. Глаза его глядели на Ольгу просительно. — Большого сердца че¬ловек. Кабы не он — не дойти мне, не вызволяться.

Ольга молча кивнула головой, и они втроем пошли по площа¬ди дальше.

...Возле стены, где стоял Василько, толпилось много покупате¬лей. Каждому хотелось купить такого сильного, красивого раба, но Мубарек заломил за него необычно высокую цену. Василько стоял у столба равнодушный ко всему. Какая разница, кому продадут. Все одно неволя. Даже надежда на побег, которую он втайне ле¬леял, стала ослабевать. Невольников стерегли зорко.

Вдруг Василько вздрогнул. Между рядов пробирался к нему Ивашка. А за ним... за ним шла... Ольга. Сразу к лицу прихлынула горячая кровь, стало нестерпимо жарко, закружилась голова. Вот где повелось увидеться!

И тут глаза Ольги и Василька встретились.

Встрепнулось, дрогнуло сердце Ольги, остановилась она, шагу не может шагнуть.

Словно сквозь сон услышала, как вскрикнул Ивашка: «Вот он!», словно сквозь сон видела, как бросился к невольнику, обнял его. Звякнули цепи. Припал пленник к Ивашке, а сам смотрит на Оль¬гу из-за плеча друга. И Ольга взгляд от него не отрывает, а сама вплотную подошла.

Тронув Ивашку за рукав, тихо спросила:

—      Нашелся?

Ивашка молча кивнул головой.

—      Не думал я, Вася, что кончится моя неволя, да господь бог помог. Выкупили меня. Видно, не судьба нам вместе-то.

—      Прощай,— ответил Сокол.