Когда они добрались наконец до нужного им поворота, на их пути выросла высокая стена абсолютно непроницаемой тьмы. Ни звезд, ни единого проблеска света. Только мрак и ничего более.

Маленький священник взглянул на брата Арнольса. Тот ответил ему взглядом, выражавшим общий для них страх, и, не сговариваясь, они прыгнули в разверзшуюся перед ними тьму – быстро, чтобы не передумать. Нимбы над их головами погасли, и темнота вокруг стала беспросветной. Их охватило чувство страха и безысходности, и они отпрянули назад, не решаясь идти дальше. В этот момент перепуганному Чуману показалось, что эта тьма повсюду и останется здесь навечно. Но Шарлсон Нория по‑прежнему послушно стояла между ними – а ведь она могла бы сбежать от них, просто оставшись в темноте, священники не решились бы преследовать ее. Может она тоже боится темноты? Однако Чуман подозревал, что это не так.

Краешком глаза он огляделся по сторонам. Повсюду их преследовал страх. Мрак крался за ними по улицам. Единственный открытый для них путь лежал мимо «дома с приведениями». Кто‑то желал, чтобы они пошли именно этим путем, и поэтому перекрыл другие стеной непроглядной тьмы.

Опасения Чумана передались и брату Арнольсу. Священники бросились вперед, таща пленницу за собой. Двинувшаяся за ними стена тьмы едва поспевала за ними. Они уже бежали вприпрыжку, когда оказались у «дома с привидениями» в центре маленькой заброшенной площади.

Этот дом казался гораздо выше других. Чуман успел только мельком разглядеть ветхие стены здания да округлые окна, напоминавшие выпученные злобные глаза. Нахлынувшая темнота в мгновение ока скрыла все предметы, словно упрятав их в черный мешок. Отрезав путь вперед, заслонив собой звезды, тьма гнала их по булыжной мостовой прямо к овальному входу в дом.

Собрав остаток мужества, на мгновение поборов отчаяние и страх, Чуман заорал Нории:

– Именем Всевышнего, прекрати, или я взорву тебя!

Губы его дрожали.

В ответ на это темнота стала подбираться к ним. Еще мгновение – и они погрузились в нее по пояс.

– Я не сделаю этого! Нет, я не сделаю этого! – вне себя от ужаса закричал Чуман.

Тьма немного отступила.

Шарлсон Нория открыто улыбнулась, затем подошла к нему и, не давая опомнится, легонько хлопнула но рясе на уровне груди. Священник почувствовал, как опадает металлизированная ткань. Нимб задрожал и погас. Ряса обвисла.

Девушка ласково потрепала его по щеке, как теленка. Ее прикосновения были нежны и чувственны.

– Прощай, маленький брат Чуман, – промолвила она и скользнула в покосившуюся дверь таинственного дома.

Мрак отступил. Стало чуть светлее. По улице к ним бежал дьякон Дез.

– Пленница! Где она? – не успев перевести дыхание, выпалил он.

– А разве ты не видел ту жуткую тьму? – вместо ответа произнес Чуман.

Дез опешил.

– Я не знал, что священники боятся темноты.

– Чумана задело то, как оскорбительно говорит с ним простой дьякон.

– Она вошла туда, – злобно сказал он, указывал на двери дома с привидениями. – Если жаждешь схватить ее – иди туда сам.

Дез обернулся и крикнул кому‑то в темноту:

– Поднимайте жителей! Окружайте дом!

– Может случиться так, что мне и прикажут зайти сюда завтра, дабы очистить дом от демонов, – бросил он Чуману. – А если вы хотите присутствовать при этом, то я осмелюсь просить, чтобы вас сделали моим сопровождающим.

Глава 4.

Руки, держащие Джарльза, сжали его крепче и затем плавно опустили, будто приказывая: «стой здесь».