Сяоцинь лежал у костра и разглядывал собственную руку, выражение лица у него при этом было странное.

– Что ты делаешь? – удивился Чэнь Ло.

– Ничего не видишь? – спросил Сяоцинь, показывая ему руку.

– А что я должен увидеть? – выгнул бровь Чэнь Ло. Он припомнил, что однажды мальчишка уже у него это спрашивал, но тогда речь шла о руке Чэнь Ло. Он поглядел на свои руки, стараясь сделать это незаметно для Сяоциня. У него были красивые руки, но в последнее время не было возможности ухаживать за ними должным образом или даже просто мыть, и они обветрились. Зато чернота от яда совсем сошла, осталась лишь пурпурная кайма на кончиках ногтей.

Сяоцинь успел задремать и теперь бормотал что-то сквозь сон. Чэнь Ло прислушался. Потрескивание веток в костре мешало расслышать ясно, но он разобрал, что мальчишка повторяет: «Минчжу[36]». Чэнь Ло усмехнулся. Даже во сне о сокровищах думает! Как же ему, должно быть, хочется раздобыть тот клад!

Один за другим поодаль от костра начали вспыхивать желтоватые огоньки светляков. Усыпанная ими трава отяжелела, прогибаясь до земли. С веток деревьев свисли мерцающие гирлянды. Пульсирующие светом точки роились в воздухе.

– Ух, – вырвалось у Чэнь Ло.

– Что? – встрепенулся Сяоцинь.

– Смотри, красиво как, – сказал Чэнь Ло.

Сяоцинь заворожённо уставился на светляка, который кружился над ним.

– А если подставить палец, он на него усядется? – пробормотал Сяоцинь и решил это проверить.

Светляк, примерившись, опустился на подставленный палец и замерцал вдвое ярче. Чэнь Ло стало немного завидно, и он вскинул руку, надеясь подманить других светляков. Они не заставили себя ждать, и его ладонь расцвела желтоватыми огоньками. Он пригляделся. Они отличались от светляков, которых он видел в поместье Чэнь: у тех мерцал лишь конец брюшка, а эти светились всем телом. Крылья их подрагивали, осыпая золотистую пыльцу, которая была настолько лёгкой, что сейчас же поднималась в воздух. Чэнь Ло подставил и вторую ладонь.

– Смотри! – окликнул он мальчишку, но тот уже спал, уронив голову на руки.

Чэнь Ло и сам чувствовал, что веки стремительно тяжелеют, но боролся со сном, чтобы ещё немного полюбоваться светляками. Он знал, что те попрячутся перед рассветом и их не увидишь до следующей ночи. Насладиться их представлением он может только здесь и сейчас: завтра они с Сяоцинем продолжат путь и удалятся от реки. Но сон одолел и его.

«Проснись!» – «Хозяин! Просыпайся скорее!» – «Проснись! Ты в опасности!» – «ПРОСНИСЬ!»

Чэнь Ло вздрогнул всем телом. Окрик, который послышался ему во сне, был настолько громким, что пронизал мозг до самой сердцевины. В ушах заломило, сердце зашлось.

«Да проснись ты!»

Чэнь Ло осознал, что это был не сон. Чанцзянь зовёт его.

– Чего тебе? – сонно пробормотал Чэнь Ло.

«Ты в опасности! Открой глаза!»

– В опасности? – пробормотал Чэнь Ло. – В какой ещё опасности? Мне так хорошо спалось, зачем ты меня будишь?

«Проснись, чтоб тебя!»

Чэнь Ло недовольно застонал, прижал ладонь к уху. Пальцы ощутили какое-то копошение. Что-то мягкое, пульсирующее, до омерзения… живое. Он со вскриком сел, с него градом посыпались светляки. Чэнь Ло вскочил и принялся отряхиваться.

– Гадость какая! – с отвращением сказал он. – Кыш!

Сяоциня светляки облепили с ног до головы. Чэнь Ло разогнал их, схватил мальчишку за плечо и встряхнул:

– Просыпайся!

Но Сяоцинь не проснулся.

– Почему он не просыпается? – с растущей тревогой воскликнул Чэнь Ло.

«Он слабее тебя. Если не избавиться от них, они сожрут вас заживо».