– Послушайте, мистер...

    – Бончик, Юзеф Бончик. – Делегата просто распирало от самодовольства, и было почему. За каких-то пять минут разговора он загнал капитана в тупик, под восхищенный шепот толпящихся у него за спиной «ходоков». «Хороший юрист», – сказал Пьер.

    – Я не уверен, что это хорошая идея, – осторожно сказал капитан. – Ваш человек будет мешать, да и вообще – посторонним нечего...

    Он осекся, поскольку от Пьера неожиданно поступило предложение замолчать. Затем вздохнул:

    – Что же, полагаю, вы правы. Выбирайте вашего представителя и присылайте в радиорубку. Но предупреждаю...

    – Не волнуйтесь, пан капитан, он будет вести себя тихо. – Бончик церемонно поклонился и удалился с видом победителя.

    «Ну и что это значит?» – мысленно поинтересовался капитан. «Я подумала, – это была Ака, – а кого они, собственно, могут выбрать?»

    – В баре драка, капитан, – голосом Сима произнес Пьер. – Бьют Алека.

    Алеком звали бармена. Его держали сзади за руки, держали двое. Третий, самый здоровый, только что дал ему под дых и сейчас отводил руку для нового удара. Если бы капитан успел в бар первым, дело обошлось бы миром, но первой успела Анна-Мария. Кольт, если стрелять в закрытом помещении, производит невероятно много шума. В качестве мишени второй помощник избрала декоративную модель «корабль в бутылке», пятилитровое аляповатое произведение искусства, оно ей никогда по-настоящему не нравилось.

    «Стоять!!!»

    «Лежать?» – робко предположил Пьер.

    «Молчать!»

    «Стрелять?»

    – В чем дело? – прервал затянувшуюся мысленную перепалку капитан.

    – Они потребовали спиртное и продукты... – Алек осторожно ощупал заплывший глаз.

    – Мы имеем право. – Говоривший хотел, видимо, сказать это гордо, но ему сильно мешал направленный на него кольт.

    – Продукты нормированы, – жестко сказала Анна-Мария, пытаясь проигнорировать предложенный маленьким негодяем сценарий показательной казни, – зато карцер – без ограничений.

    – Вы не имеете...

    – Марш! Пьер, заткнись! Я сказала – марш!

    «Если это – цветочки, – подумал капитан, – то каковы же будут ягодки?»

    Глава 19

    Ночь, как время высадки, вызвала немало споров. Но в конце концов победила точка зрения профессора Беркли. Хищники – если вездеход был уничтожен хищниками – вряд ли охотятся круглые сутки, насекомые будут спать, и даже цветы, распространяющие ядовитую пыльцу, вполне могут закрыться. Сим и Тина видели в темноте, на остальных приходилось два прибора ночного видения и один подводный ультрафиолетовый фонарь. Обычные фонари, разумеется, были у каждого, и ни одна экспедиция не могла похвастаться такой разношерстной коллекцией фонарей. Впрочем, приборы ночного видения не использовали, они от фонарей слепли.

    Профессор Беркли сидел за дисплеем полевой лаборатории, пытаясь составить впечатление о планете. Впечатление было очень противоречивым. Уничтоженный вездеход. Вечный туман. Уничтоженный джампер их собственного теплохода. Ионный след в стратосфере – чей-то зонд? Упавший спутник? Просто метеорит? Ни на йоту не изменившееся почти за двое суток давление воздуха.