Д'Артаньян вздрогнул и вытащил из кармана часы. Стрелки указывали на пять часов. Ощущая вполне объяснимое волнение, раскатывавшееся по всему телу нетерпеливой дрожью, он встал и подошел к окну. Внизу, на улице, совсем по-домашнему, по-парижски, суетился торговый да работный люд, и лишь изумрудные пики близких гор выбивались из общей картины…

    - Значит, так, - он обернулся к галантерейщику и его супруге, замолчавшей, едва он поднялся с места, - ситуация, насколько я понимаю, такова: мы стали жертвой чьей-то неумной и жестокой шутки…

    - Вот и я говорю то же самое! - вскричал Бонасье, но Констанция резко осадила мужа:

    - Извольте молчать, господин болван, когда говорит его светлость!

    Вознаградив ее милой улыбкой, его светлость продолжил:

    - Сейчас для нас самое главное - узнать, где находится этот шутник. Здесь, в Швейцарии, или же в Париже? Для этого я намерен сейчас же направиться к своим коллегам, местным гвардейцам, и выяснить это…

    - Мы с вами, сударь! - воскликнула Констанция, но д'Артаньян покачал головой:

    - Нет, сударыня, я отправлюсь один. Одному мне легче будет войти в доверие к людям. Одному человеку с глазу на глаз, тет-а-тет, так сказать, легче вызвать собеседника на откровенность.

    Он подошел к двери и, открыв ее, покрутил ключ туда-сюда, примеряясь, далеко ли выходит язычок замка. Потом хлопнул рукой по косяку, испытывая его крепость.

    Глядя на эти приготовления, супруги Бонасье притихли, понимая, что телохранитель собирается оставить их одних.

    - А может, все-таки… - всхлипнул галантерейщик.

    - Нет, не может! - строго оборвал его д'Артаньян. - Здесь, в гостинице, вы в безопасности. Я предупрежу хозяина, чтобы он не допускал к вам никого постороннего. Но и сами тоже ни шагу из номера! Я вернусь часа через два-три. Надеюсь, с новостями.

    Сказав это, он сурово кивнул и вышел прочь. Замок щелкнул прежде, чем д'Артаньян успел сделать два шага: супруги Бонасье хорошо усвоили данные им инструкции. Спускаясь по лестнице, д'Артаньян успел еще мимоходом подумать: чем, интересно, они будут заниматься в его отсутствие? А чем, спрашивается, могут заниматься муж и жена, находясь наедине в запертой комнате с широкой и наверняка мягкой кроватью? - поразился он собственной глупости. Конечно же выяснять, кто в доме хозяин! Д'Артаньян печально вздохнул: нельзя, однако, объять необъятное!

    Он действительно дал хозяину четкие инструкции не пропускать к своим спутникам ни одного человека и вышел из отеля со спокойной совестью. Ведь он решился использовать галантерейщика с супругой в качестве прикрытия своей женевской вылазки, только будучи твердо уверенным, что сможет обеспечить их безопасность. И это было еще до того, как он впервые увидел Констанцию…

    Д'Артаньян отправился пешком: блуждая по Женеве вместе с Бонасье, он приметил нужную ему улицу совсем недалеко от «Изумрудного пика». И сейчас, бодро помахивая рукой, он направлялся на явочную квартиру, с видом досужего прохожего глазея по сторонам и не выбиваясь в принципе из общей праздношатающейся толпы.

    Дом 16 располагался как раз посредине Цветочной улицы, и лазутчик, помня инструкции, для начала прошел по противоположной, нечетной стороне, высматривая в окнах второго этажа условный знак. Знак - старинный рыцарский шлем с поднятым забралом - обнаружился довольно скоро, продемонстрировав, что явка чиста.