Тот уже ожидал их в кабинете, где не далее как вчера псевдогасконец впервые увидел и самого де Тревиля, и мушкетеров. Пребывая в сильнейшем волнении, капитан мерил кабинет шагами и вскричал, завидев д'Артаньяна и трех мушкетеров:

    - Молитесь, господа! Молитесь, ибо пробил ваш последний час!

    Услыхав подобное приветствие, разведчик едва не потерял сознание, но Атос ободрил его, шепнув на ухо:

    - Не обращайте внимания. У него склонность к дешевым театральным эффектам.

    - Пробил ваш последний час! - воздев руки к небесам, патетически повторил де Тревиль.

    - Простите, сударь, но в чем же мы провинились? - смиренно спросил Арамис.

    - В чем вы провинились?! Они еще спрашивают «в чем же мы провинились?»! - воскликнул капитан, хотя, строго говоря, спрашивал-то один Арамис. - Может быть, это я не далее как вчера изувечил восьмерых лучших гвардейцев его высокопреосвященства? Или это сделал Святой Дух? Или, может быть, архангел Гавриил?! А? Ну что же вы молчите, господа?!

    - Господин капитан, если вы имеете в виду поединок у монастыря Дешо, о котором мы вам вчера докладывали, - Арамис выделил интонацией слово «докладывали», - то это действительно сделали мы, но не потому….

    - Ни слова более, сударь! Ни слова! - прервал его де Тревиль, помогая себе решительным взмахом руки. - Мне ваши оправдания совершенно неинтересны! Поберегите их для его величества!

    - Для его величества? - переспросил Атос. - Так мы действительно приглашены к королю?

    - Да, Атос! Мы действительно приглашены к его величеству! - ответил де Тревиль. - А вы полагали, что это шутка?

    - Я полагал, господин капитан, что это способ заставить нас поживее явиться к вам. - Мушкетер с достоинством склонил голову.

    - Увы, Атос! Вы ошиблись! Мы действительно направляемся к его величеству, который выслушает ваши оправдания, если, конечно, сочтет это необходимым, и решит вашу судьбу! По коням, господа! По коням!

    И через полчаса капитан де Тревиль вместе с тремя своими подчиненными и псевдогасконцем, ошеломленным столь неожиданным поворотом событий, уже стояли в коридоре Лувра, возле аудиенц-залы его величества короля Франции Людовика XIII де Бурбона.

    Капитан явно нервничал, уже раз пять напомнил молодым людям о перспективе неизбежной и весьма скорой смерти, раз десять осмотрел их, уверяя, что даже перед лицом таковой настоящий рыцарь обязан сохранять достойный и бравый вид. Когда же наконец дверь аудиенц-залы распахнулась и лакей пригласил мушкетеров войти, капитан построил Атоса, Портоса, Арамиса и д'Артаньяна в колонну по двое, сам встал во главе ее и твердым шагом вступил под своды аудиенц-залы…

    Маршируя бок о бок с Портосом, разведчик напряженно размышлял, не ловушка ли это. Право слово, все основания для подозрений у него имелись! Попасть на прием к монарху вражеской державы на второй же день прибытия в ее столицу и начала разведывательно-диверсионной деятельности! В такое верилось с трудом. Скорее уж, думал псевдогасконец, сейчас, едва я миную эти вот двери, из-за их огромных створок выскочат королевские опричники и, навалившись на меня, скрутят по рукам и ногам. О черт! От этой мысли он сбился с шага, а размеренный, спокойный ритм его сердцебиения нарушился.

    Усилием воли лазутчик снова взял себя в руки. Ну уж нет, этот номер у них не пройдет! Он мрачно улыбнулся и погладил заветное колечко на безымянном пальце левой руки. Черта с два! Живым эти проклятые французы его не возьмут! Под простым, неброским камушком этого простого же, неприглядного кольца, привезенного им из России, находилась ампула с ядом чудовищной силы.