В гневе ее брови сошлись вместе.

– Мне пришлось быть вам и матерью и отцом, учить вас, как стать похожими на него. Я понимаю, ты думаешь, что мне это не удалось, но я сделала все, что могла.

Джерард прикусил язык. В его памяти всплыли воспоминания о частых порках кожаным ремнем, потоки жестоких оскорбительных слов. Внезапно ему смертельно захотелось остаться одному. Он сказал:

– Мне очень хочется привести Спенсера в чувство, но я займусь этим здесь, в моем доме. У меня есть и собственные дела, о которых я должен позаботиться.

– «Дела» – вполне подходящее название, – пробормотала она.

Джерард приложил руку к сердцу, противопоставляя ее сарказму свой.

– Вы незаслуженно порочите меня – я женатый человек. Прищурив глаза, она смерила его оценивающим взглядом.

– Ты очень изменился, Грейсон. К лучшему или нет, нам еще предстоит увидеть.

Криво улыбаясь, он поднялся.

– Мне нужно сделать кое-какие распоряжения в связи с прибытием Спенсера, так что, если мы договорились…

– Да, конечно. – Его мать встала, встряхнув пышные юбки. – У меня насчет этого по-прежнему серьезные сомнения, но я изложу твое предложение Спенсеру, и если он согласится, то не стану возражать. – Голос ее стал жестче. – Держи эту женщину подальше от него. Джерард удивленно поднял брови:

– Моя жена не страдает заразными заболеваниями, как вам хорошо известно.

– Это спорный вопрос, – огрызнулась она, стремительно выходя из комнаты в ореоле черных юбок и холодного высокомерия.

Джерард остался на месте, испытывая одновременно облегчение и страстную тоску по жене, желание ощутить ее поддержку.

– Я тебя предупредила.

Рис опустил взгляд на золотистую макушку сестры. Они стояли под деревом на лужайке позади дома Марли, в стороне от остальных прогуливающихся по саду гостей.

– Она безупречна!

– Слишком безупречна, если спросишь мое мнение.

– Не собираюсь этого делать, – сухо ответил он, но мысленно согласился с оценкой Изабеллы. Леди Сюзанна была спокойна и уравновешенна. Она была очень красива, и все же, когда он разговаривал с ней, она напоминала ему ожившую статую. В ней совсем не чувствовалось жизни.

– Рис! – Изабелла повернулась к нему лицом, ее темно-рыжие брови сошлись в одну линию под соломенной шляпкой. – Можешь ты представить себя в качестве ее друга?

– Друга?

– Да, друга. Тебе придется жить вместе со своей будущей женой, время от времени спать с ней, обсуждать вопросы, связанные с детьми и домашним хозяйством. Все эти дела решаются намного проще, если вы с супругой хорошие друзья.

– Именно так обстоят твои дела с Грейсоном?

– Ну… – Морщинка между ее бровями углубилась. – В прошлом мы были близкими приятелями.

– Приятелями?

Она покраснела, что он замечал за ней крайне редко.

– Да. – Взгляд ее устремился вдаль, и внезапно показалось, что она где-то далеко отсюда. – На самом деле, – тихо произнесла она, – он был мне очень близким другом.

– А теперь? – Уже не в первый раз Рис пытался понять, какие отношения связывают его сестру с ее вторым мужем. Раньше они казались вполне счастливыми, смеялись и обменивались взглядами, свидетельствовавшими о том, что они прекрасно понимают друг друга. Чем бы ни объяснялись их поиски связей на стороне, но уж точно не отсутствием теплых чувств друг к другу. – По слухам, твой брак грозит превратиться в более… традиционный.