|
И не то бяше зло, нъ более поъяста копити вои и Половче и все». Победителем, стало быть, оказался Всеволод Ольгович, которому, по словам новгородского летописца, сам бог помогал. И это — не пустая фраза или риторический оборот. Люди древней Руси верили в то, что побеждал в межкняжеских войнах тот, кому сопутствовало благоволение богов, на чьей стороне находился бог, а значит и правда. Одержавший крупную победу князь пользовался высокой репутацией, распространявшейся и на его ближайших родичей. Надо было ожидать, что новгородцы отдадут предпочтение Всеволоду Ольговичу и примут от него князя. Так оно и случилось. С. М. Соловьев тонко почувствовал данную ситуацию. Он писал: «Князья не помирились при посредничестве новгородцев, но каждый стал переманивать их на свою сторону, давать им, следовательно, право выбора. Новгородцы не замедлят воспользоваться этим правом, но кого же выберут они? Кому бог поможет, на чьей стороне останется победа? Бог помог Ольговичам при Супое, и противники Мономаховича Всеволода воспользовались этим, чтоб восстать против него». Тут необходимо добавить, что противником Мстиславича явилась, собственно, вся новгородская община, по крайней мере внешне, ибо «приятели» неугодного новгородцам князя, понимая свою слабость, помалкивали. Поэтому приезд в Новгород Святослава Ольговича нужно рассматривать как волеизъявление если не всего, то подавляющего числа новгородцев, а не какой-то отдельной «партии» или группировки бояр. Этим, вероятно, и объясняется тот факт, что приход Святослава в Новгород не сопровождался немедленной сменой посадника. Им оставался некоторое время (не менее полугода) Костянтин Микульчич, избранный на посадничество в 1135 г. И только после бегства в марте 1137 г. Костянтина и «инех добрых мужь неколико» к Всеволоду новгородцы «въдаша посадницити Якуну Мирославицю».
Характеризуя обстановку в Новгороде после «отставки» Всеволода, С. М. Соловьев говорил: «Изгнание Сына Мстиславова и принятие Ольговича не могло пройти спокойно в Новгороде, потому что оставалась сильная сторона, приверженная к Мстиславичам: Новгород разодрался, как разодралась Русская земля, по выражению летописца. В год прибытия Святослава Ольговича (1136) уже встречаем известие о смуте: какого-то Юрия Жирославича, вероятно, приверженца Всеволодова, сбросили с моста». Накал политических страстей замечает и В. Л. Янин. «Весь период посадничества Якуна Мирославича, — пишет он, — протекает в обстановке ожесточенной политической борьбы между сторонниками изгнанного Всеволода и нового князя Святослава. Уже в сентябре 1136 г. новгородцы расправляются с каким-то Гюргием Жирославичем, а в самом начале 1137 г. „милостьници Всеволожи” совершают покушение на Святослава Ольговича». На самом же деле расправа с Юрием Жирославичем и покушение на жизнь князя Святослава имели место во время посадничества не Якуна Мирославича, а Костянтина Микульчича. Что касается убийства Юрия Жирославича, то у нас нет оснований ставить ее в связь с борьбой против княжения Святослава Ольговича. Слишком скупа для этого летописная запись, которая констатирует лишь факт казни Юрия, не давая никаких пояснений на сей счет. По нашим наблюдениям, первые месяцы правления в Новгороде Святослава Ольговича проходили при относительном спокойствии жителей волховской столицы. Но в конце 1136 — начале 1137 г. раздоры но поводу княжения Святослава Ольговича стали проявляться все более явственно. Однако противники Святослава оказались на грани поражения, чреватого для них огромными неприятностями. Поэтому они во главе с посадником Костянтином и побежали из Новгорода. К посадничьей власти пришел Якун Мирославич, входивший в круг доброхотов черниговского князя, что укрепило положение последнего. И все же через год с небольшим Святослава, «сына Ольгова», новгородцы «выгнаша» из своего города. |
