— Вы меня не совсем поняли, — вкрадчиво и даже как-то печально проговорил бандит. — У нас нет заложников. Кроме хозяйки этого универсама. Но здесь, видит Бог, мы не виноваты. Она вынудила нас…

Некоторое время Саша переваривала услышанное.

— Вы хотите сказать… — наконец, протянула она, — что в здании нет никого, кроме вас и… нас?

— Кроме нас с вами и госпожи Недолицымовой, — охотно подтвердил террорист. — Мы не звери. Мы ратуем за справедливость. Так зачем же мучить жителей нашего родного города, которые и так страдают от всяческого попустительства власти и нарушения законов? Вот мэра мы бы с удовольствием подержали под замком. Но это мечта несбыточная.

— Но вы держите под замком его жену, — усмехнулась Саша. — Тоже… сильный ход.

— Да, — кивнул он, ухмыльнувшись. — Сильный. Нам крупно повезло. Мы и предполагать не могли, что госпожа мэрша в столь ранний час прибудет на свое рабочее место. Однако, по всему видать, она серьезная бизнесвумен. Сама учет и контроль ведет без свидетелей. Но, черт возьми! — вдруг воскликнул бандит. — Честное слово, мы собирались ее отпустить. Все объяснили вежливо и не задерживали, ей-Богу. А дамочка оказалась с норовом. Не только не ушла, но еще и воевать стала. Хотя ее можно понять — это ж ее частное владение. Двух бойцов с ног сбила, остальных покусала и поцарапала. Мы ее в отдельной кладовочке заперли.

Саша снова задумалась. Ситуация оказывалась менее драматичной, чем представлялась поначалу. Одно дело — захват заложников, другое — захват частной собственности вместе с хозяйкой. Правда, хозяйка — тоже заложница. Но она — жена мэра, который вряд ли допустит, чтобы сейчас против бандитов выступили штурмовые подразделения. О том, что члены съемочной группы тоже оказались в роли заложников, Саша забыла. Но Мелешко снова выступил с репликой и напомнил ей об этом.

— А чего еще от нас надо, друг? — спросил он, прикидываясь валенком. — Надо будет второе интервью с твоей скромной персоной организовать, так мы еще придем, только свистни. А сидеть здесь нам никакого резона нет. Меня вон подружка на воле дожидается, я ей «Сникерс» обещал принести. Можно шоколадку-то купить в твоем лабазе?

— Купи, — опять ухмыльнулся террорист. — Я тебе чек выбью. А отпустить, извини, пока не могу. Вы у нас — связь с миром. И остаться без этой связи для нас смерти подобно.

— Я тебе мобильник свой подарю, хочешь? — не отставал Мелешко, пытаясь хоть как-то просмотреть ситуацию и понять, что собираются делать бандиты в ближайшее время.

— Спасибо, у меня есть, — язвительно отозвался бандит. — Но мне нужна громкая связь. Улавливаешь разницу?

Мелешко фыркнул и кивнул.

Тот факт, что в универсаме находится только одна заложница, если не считать заложниками членов съемочной группы, в оперативном штабе узнали тотчас же. Подполковник Савицкий пошел на риск (правда, рисковал он чужими головами) и приладил к большому микрофону Александры маленький «жучок» для прослушивания. Террористам не пришло в голову искать «жучков», а может быть, они просто не умели этого делать, поэтому все разговоры прекрасно фиксировались технической группой питерского ФСБ. Савицкий не счел нужным скрывать от новоладожского штаба факт отсутствия заложников — принес на блюдечке. А вот члены штаба, вместо того чтобы вздохнуть с облегчением, озадачились еще больше. Потому что одно дело — решать судьбу простых граждан, совсем другое — судьбу жены мэра.

Присутствие Алисы Недолицымовой внутри универсама для всех оказалось новостью.