Во дворе у него находился небольшой, но очень красивый фонтан, струи которого неоново подсвечивались разными цветами.

– Как красиво… – Кэтрин перегнулась через бордюрчик, заглянуть на дно. – Я хочу бросить монетку.

– У меня нет мелочи… – сокрушенно произнес Алистер.

– У меня тоже. Просто подойди сюда.

Алистер подошел, и Кэтрин обняла его и поцеловала. Они занялись сексом прямо на этом фонтане, за ажурной оградой особняка, не раздеваясь и осторожно прислушиваясь к улице.

Кэт было смешно: вроде бы детская шалость с совсем не детскими атрибутами. Алистер был очень нежным и осторожным, что шло в разрез с бугрящимися под кожей мышцами. Как раньше, так и впредь, он прислушивался к любому ее желанию, и Кэтрин, когда все кончилось, даже не знала, почему у них ничего не вышло.

Алистер был идеален.

– Тебе понравилось? – шепотом спросил он, уткнувшись лицом в ее шею.

Большой, но ребенок.

– Безумно. И я не против повторить. – Кэтрин слегка куснула его за мочку уха и ласково взъерошила волосы.

Все оказалось гораздо проще и гораздо приятнее. Не пришлось переступать через себя. Мучиться. Страдать. Это потому, что она снова с Алистером или просто скатываться вниз всегда очень просто? Кэтрин решила не думать об этом.

Он подхватил ее на руки и понес в дом.

В доме есть еще очень много интересных мест,– успела подумать Кэтрин перед тем, как захлопнулась входная дверь.

Кэтрин сонно помешивала кофе ложечкой, скинув туфли и растянувшись на диванчике.

Из примерочной доносилась негромкая возня, сопровождавшаяся бурчанием Лили, мерявшей двести какое–то по счету свадебное платье. Зрелище, поначалу болезненно отдававшееся в груди Кэтрин, успело достаточно приесться. Этот салон был семнадцатым по счету, и день близился к полудню.

Лили вытащила ее из постели ранним утром и таскала за собой по всем магазинам. Толку от клевавшей носом Кэт было мало, но Лили не парилась. Кажется, ей просто нужно было восклицать кому–то «Ой, это те самые туфли! Я именно такие и хотела!»; «Ты видишь это платье? Оно меня полнит. Пойду, примерю следующее». Кэтрин согласно кивала всему, что говорила подруга, не особо вникая. Этот день был далеко не первым в их предсвадебном марафоне, но Лили, с ее утонченным вкусом, искала что–то поистине невероятное. В глубине души Кэт была уверена, что Лили не найдет платье своей мечты и остановится просто на «очень хорошем платье». Но ошиблась.

– Вот оно! – Лили отдернула занавеску примерочной и вышла наружу.

Да уж, выбранное платье не просто шло ей, оно было будто сшито специально для нее, идеально подчеркивая достоинства и скрывая недостатки.

– Правда, оно классное?

Слово «классное» подходило не очень. Скорее уж «обалденное». Кэтрин, как и любая другая девушка, не удержалась и на секунду представила себя в нем. Нет, определенно нет.

Лили закружилась, и пенистые юбки нежно взмахнули своими кружевными оборками.

– Я беру его. Кэтрин, достань из сумки кредитку.

Кэт допила остатки кофе, зевнула и полезла в сумочку подруги, пытаясь отыскать среди всего кошелек.

Раскрыв его, она нашла внутри не только кредитку, но и фотографию Лили и Джека. Одну из этих нелепых карточек, которые делаются в фотобудках всеми влюбленными, корчащими на камеру дурацкие рожицы.

– Эй! Ну что ты там копаешься? – раздался нетерпеливый голос Лили, красующейся перед зеркалом.

Кэт с трудом оторвалась от бессмысленного созерцания фото и достала кредитку.

– Ты просто красавица, Лили! – заметила Кэтрин.