– Лучше не спрашивай, – проворчал Джек.

– Должен сказать тебе спасибо, друг. Эта девушка просто офигенная.

– Какая девушка? – напрягся Джоунс.

– Подружка невесты, Кэтрин Кингсли. Не думал, что когда–нибудь с ней познакомлюсь. Это мой шанс, старик. Всем известно про отношения подружки и шафера. Как думаешь, она даст мне… автограф? – ухмыльнулся Алекс.

Джеку захотелось врезать ему по лицу, но вместо этого он выдавил улыбку.

– Пора ехать, Алекс. Не будем заставлять Лили ждать нас.

Джек и компания его друзей, во главе с Джорданом, погрузились в машины, выстреливая шампанским и выкрикивая пошлые шуточки в адрес новобрачных.

Процессия тронулась с места, громко сигналя. До Джека все эти звуки доносились как сквозь туман. Отрешившись от происходящего, он думал лишь о том, как все могло бы быть сегодня. Перед глазами мелькали картинки, центром которых была Кэтрин. В белом платье. С кольцом из изумрудов и сапфиров, идеально повторяющих цвет ее глаз. Вот он надевает на ее палец кольцо, шепчет «я клянусь любить и оберегать…». Кэтрин смотрит в его глаза, и в них плещется счастье. Вот он подхватывает ее на руки, несет к выходу из церкви. Все осыпают их конфитюром, кричат, желают счастья… они весь день рядом, держатся за руки, а когда наступает ночь…

Джек ощутил, как к горлу подкатила ярость. Он не смог сдержаться и со всей силы саданул кулаком по окну. Автомобиль дернулся и остановился.

Джоунс отчетливо услышал, как Алекс выругался. Его выходку никто не заметил.

– Впереди авария, придется объезжать.

Алекс начал разворачивать машину. Джек повернул голову, пытаясь разглядеть место аварии получше. Красный феррари был всмятку, от него поднимался белый дым. В животе у него похолодело.

Нет, нет, пожалуйста. Только не рыжие волосы. Только не рыжие волосы.

Машина начала объезжать аварию, и Джек увидел на месте водительского кресла ворох темно–рыжих волос, кусочек зелено–голубого платья и неестественно вывернутую руку.

– Кэтрин! – дико закричал Джек. – Алекс, тормози! Тормози, мать твою!

Глядя на заторможенные движения друга, не понимающего, что произошло, и слишком медленно тянущегося к педали тормоза, Джек страшно выругался и рванул дверь, на ходу выскакивая из останавливающейся машины. Он не удержал равновесие и рухнул на асфальт, порвав костюм и содрав до мяса локти, но совсем этого не заметил. В глазах плыло, и единственной четкой картинкой была рыжая копна волос.

Джек рванул к исковерканной феррари, прихрамывая и кашляя от дыма.

– Разойдитесь! – рявкнул он, и люди, собравшиеся на месте аварии, шарахнулись в стороны.

Джоунс в два прыжка подлетел к феррари, рванул дверь авто, но ее заело. Тогда он дернул так, что жилы вздулись на руках, а в голове зазвенело. Дверка заскрежетала и отвалилась.

Девушка в машине мягко накренилась вперед, не чувствуя больше препятствий, и начала падать. Джек подхватил ее изломанное тело, чувствуя, как спазматически перехватывает дыхание. Девушка бездыханно повисла в его руках, как тряпичная кукла. Джоунс пропустил несколько ударов сердца, и медленно повернул ее голову к себе. Мир сорвался с места и закрутился, как карусель.

– Кэтрин… – жалобно прошептал он. – Пожалуйста, не умирай.

Джек нежно приложил ладонь к ее щеке и сжал в объятиях, чувствуя, как отчаянно, из последних сил, бьется ее сердце. В ушах звенело от сирен. Джоунс считал между ударами сердца Кэтрин.

– Не умирай… – шептал он, с ужасом осознавая, что считать приходится все дольше.

Чьи–то грубые руки дернули его, перед глазами замелькали люди в белых халатах, загрохотала каталка.