– Зачем Дэмиан переродился? – Рин не понимала причин.

– Он… хотел хранить мир вместе со мной. – Джек произнес эту фразу с надрывом. – Хотел, чтобы мы встретились в будущем и снова вместе защищали наш мир. Именно тогда мы трое стали Хранителями. Вот же ж…

Он начал смеяться и плакать одновременно.

– Дэмиан решил, что мне будет одиноко жить в этом мире без него. Хотел, чтобы мы снова встретились. Но он снова умрет. Нет, они с Хиро умрут. А я останусь. Это… действительно проклятие.

Он сжал рубашку на груди со всей силы.

– Теперь ты осознаешь, что не можешь понять меня? Бессмертие – это не то, чего я хотел в этой жизни. Я хочу забыть все, что произошло, и переродиться. Хочу перестать быть крастанским шутом, принцем-предателем… хочу прийти к новому началу… Но небеса посмеялись надо мной! Все смеются надо мной! Потому что я шут, понимаешь?! Я, мать его, самый настоящий шут, у которого нет ни прошлого, ни настоящего, ни будущего! Марионетка! Пустышка! Живой мертвец!

Внезапно его истерическая тирада оборвалась – его коснулись теплые руки, на шее почувствовалась тяжесть. Джек ошарашенно замер, когда Рин вскочила с дивана и обняла его, опустившись на пол рядом с ним.

– Прекрати называть себя шутом, – строго сказала она, собрав все оставшиеся силы в кулак. – Ты учишь Вольфганга и меня жизни, но сам не торопишься следовать своим же советам. Разве это правильно?

– Ты… почему ты не отталкиваешь меня? Разве ты не сердишься на меня за то, что я тебя обманул? За то, что в твоей прошлой жизни я причинил тебе боль?

– Мне не интересно, что было в моей прошлой жизни. В этой ты спасал меня много раз. И я не собираюсь отталкивать тебя из-за того, что ты стал пленником судьбы. Я сержусь из-за того, что ты обманывал нас… но я хочу понять тебя. Правда.

Его руки дрожали, когда он обнял ее за талию в ответ. Немного помолчав, Джек усмехнулся.

– Наконец-то ты захотела понять меня. Уже этого… достаточно, чтобы снова обрести тягу к жизни. Но ты действительно не хочешь знать правду? О том, что с тобой случилось четыреста лет назад?

– Это случилось не со мной, – строго сказала она. – Амира и я не один и тот же человек. К тому же прошлое осталось в прошлом, мне эта информация никак не поможет сейчас. Меня интересует другое.

– Что же? – с опаской спросил он.

– Те слова, которые ты мне сказал тогда, в гильдии, и ранее… эти слова предназначались мне или Амире?

– Я ведь ответил еще тогда. – Джек прижался носом к ее волосам, вдыхая их аромат. – Я говорил их тебе.

– Ты… когда ты стер воспоминания Дэмиана? Он ведь не помнит ни о том, что ты бессмертный, ни о том, что твое имя изначально было Джек, ни о Хистерии.

– В момент его смерти, – ответил он с потухшим взглядом и замер. – Он этого не помнит, но я единственный, кто был с ним, когда он умер.

* * *

Поместье семьи Невье находилось на севере Обливиона, в двух днях ходьбы от Шастралта.

На дворе был шестой день второго зимнего месяца 506 года, и жители поместья уже готовили свой дом к трауру.

Легендарный герой, святой рыцарь и Спаситель Дэмиан Невье находился при смерти. Он слег всего за три дня, почувствовав угасание еще в свой день рождения, второго числа. Он в тишине лежал на кровати, прикованный к ней, и смотрел в потолок, вспоминая прошлое.