Девушка просительно заглянула Зейну в глаза, улыбнулась. Он не смог устоять, хотя прекрасно понимал, что все это просто игра.

– Я оставил вещи в машине. Ты действительно хочешь, чтобы тебя увидели в компании со скелетом?

– Ну, это меня не тревожит. Люди не замечают Смерть, пока она не придет за ними.

Не совсем так, хотя в основном верно. Луна взяла Зейна под руку, они подошли к Морт‑мобилю.

Ночь выдалась темная, собирался дождь. Зейн достал плащ с капюшоном, перчатки, сапоги и натянул на себя.

– Теперь ты выглядишь по‑настоящему элегантно, – заметила Луна. – Подумать только, каким привлекательным может быть хорошо одетый скелет! Ну‑ка, поцелуй Смерти!

– Но мое лицо стало…

Ничего не слушая, девушка прижалась к нему и поцеловала в губы.

– Ох, ты был прав, – засмеялась она, отшатываясь. – Настоящий череп! «Увы, бедный Йорик! Здесь были губы, которые я целовал!» Как смешно!

Луна провела рукой по лицу, словно смахивая песок.

– Большинству людей свидание со Смертью не доставляет особого удовольствия, – произнес Зейн, немного встревоженный ее поведением. Что на уме у этой девушки? – Видела бы ты письма, которые я получаю!

Она лучезарно улыбнулась, словно услышала что‑то приятное.

– Конечно, давай посмотрим! Может, ты еще и отвечаешь на них?

– Да, – смущенно признался Зейн. – По‑моему, иначе будет нечестно. Никто не станет искать Смерть, тем или иным образом, без веской причины.

– Как трогательно! Ты очень славный! Покажи какое‑нибудь послание!

Он открыл бардачок, достал лист бумаги и включил свет в салоне. Аккуратный, типично детский почерк: как правило, человеку требуется немало лет, чтобы сделать свое письмо неряшливым и неразборчивым.

Дети почему‑то чаще обращались в высшие ведомства – по крайней мере к нему. Наверное, их вера отличалась большей искренностью и наивной непосредственностью.

«Дорогая Смерть!

Каждый вечер мама велит мне читать молитвы! Наверное это правильно но мне от них очень страшно! Нужно говорить: «Коль смерть во сне ко мне придет, пусть душу Бог к себе возьмет». Так вот я боюсь засыпать! Лежу с открытыми глазами почти всю ночь а потом дремлю на уроках и что‑нибудь пропускаю. Пожалуйста Смерть не приходи ко мне! Потому что мне хочется еще пожить! Ничего если ночью я немножко посплю? Ты меня не заберешь? С приветом, Джинни».

– Теперь я понимаю, – задумчиво произнесла Луна. – Это ужасно! Бедная девочка, она думает…

– Да. Когда я прочитал письмо в первый раз, меня просто затрясло от злости. В дурацкой молитве сон напрямую связан со смертью. Неудивительно, что бедняжка так перепугалась. Представь, сколько еще детей из‑за подобных представлений, заложенных родителями в их сознание, со страхом ложатся в постель вечером! Я никогда бы так не поступил со своим ребенком!

– Письмо написано грамотно, правда, Джинни не любит запятые и просто обожает восклицательные знаки. Наверное, нужно быть очень смелой, чтобы напрямую обратиться к источнику своих страхов! Зейн, ты должен немедленно ответить ей!

– А что я скажу? Пообещаю, что не приду к ней? Она может появиться среди тех, кого надо забрать, в любой момент!

– Объясни, что сон и смерть никак не связаны. – Луна заметно оживилась.

– Давай не будем откладывать! Позвони ей!

Зейн заколебался:

– Вдруг это примут за дурацкую шутку? Трудно себе представить, чтобы Танатос обращался к смертным по телефону!

– А представить, что он отвечает на письма, легко? Твой предшественник, по‑моему, такого не делал. Джинни ведь еще совсем маленькая, Зейн! Она поверит.