Кедрин кивнул. Он надеялся, что его слова не породят новых споров.

— Нет причин ограничивать доступ в совет благородством происхождения. Когда он будет образован, не вижу причин не допустить туда и простолюдинов.

Ярл бросил на Кедрина долгий взгляд. Затем, к изумлению юноши, кивнул и проговорил:

— Почему бы и нет? Если уж мы решили порвать со стариной, так пойдем до конца.

— Медри можно отправить уже завтра, — Бедир взглянул в окно. Луна опустилась к самому горизонту.

— Сегодня, — поправил он себя. — К ближайшему полнолунию все должны собраться здесь.

Кедрин подумал о долгих неделях своего заточения в Андуреле, проглотил комок и подавил вздох, вызвав хихиканье Браннока.

— Я согласен на любой день, который вы назначите.

— На подготовку останется совсем мало времени, — горячо проговорила Арлинне. — А надо сшить наряды, продумать увеселения… Дел предстоит немало.

В этот момент Ирла поймала взгляд сына, и ее полные губы изогнулись в сочувственной улыбке.

— Если ты согласен, Кедрин… думаю, мы с Арлинне с успехом могли бы взять это на себя.

— Предоставляю это вам, — ответил Кедрин с не меньшим пылом.

Глаза Арлинне засияли от радости: ей дали шанс себя проявить.

— Да будет так, — от глаз Бедира не укрылось облегчение, которое эти слова вызвали у сына. — А теперь… полагаю, с нас пока хватит. Не пора ли в постель?

Кедрин жадно кивнул и тут же услыхал покашливание Уинетт. Он торопливо обернулся к жене и вопросительно посмотрел не нее.

— Есть еще одно дело, которое мы должны решить как можно скорее, — проговорила она. — Речь о моей сестре.

— Об Эшривели? — лицо Кедрина выразило растерянность. Об Эшривели он совсем позабыл.

— Да, — подтвердила Уинетт. На ее прелестные черты легла тень. — Она по-прежнему намерена искать покоя в Эстреване. Но для этого ей требуется разрешение короля.

— Считай, что оно получено, — провозгласил Кедрин. — Или будет получено после коронации.

— И свита, — добавила Уинетт.

Кедрин с трудом удержался, чтобы не рассмеяться: из-за всех этих споров у него из головы вылетели и сестра жены, и обещания, которые он ей дал.

— Она ее получит, — повторил он. — Именно такую, какая подобает сестре королевы. Сестра Бетани, если я не ошибаюсь, существует обычай, по которому король должен испросить благословения в Эстреване?

Бетани склонила голову. Свет блеснул в ее серебряных прядях.

— Такой обычай есть, — сказала она, — хотя он не всегда соблюдается.

— Мы не собираемся порывать со всем, что повелось от века, — объявил Кедрин. — После коронации и образования совета мы с Уинетт отправимся в Священный город. А заодно проводим Эшривель.

Ярл открыл рот, дабы выразить несогласие. Но прежде чем он успел заговорить, Бетани произнесла:

— Превосходная мысль. Пусть все народы Трех Королевств увидят, что Эстреван одобряет и ваше восшествие на престол, и образование совета, и готов поддерживать вас во всем.

Ярл, так и не высказавшись, нехотя хмыкнул, давая понять, что сдается.

— Я передам ей, — промолвила Уинетт, вся сияя.

— Теперь мы можем идти? — спросил Кедрин.

Одобрительный хор был ему ответом, после чего все поднялись и разошлись по своим комнатам.

Покои Кедрина и его возлюбленной были ближе всего. У двери супруги простились с остальными.