«Ты несчастлив?» — Он заговорил, словно завязывал дружескую беседу в парке. Его забавляла эта игра. Никто здесь не посмел бы оспаривать Его власть.

— Разве не таково Твое желание? — проговорил Хаттим Сетийян. Голос его был так же уныл, как и местность вокруг.

Ашар закудахтал, и по поверхности вод прошла рябь.

«Станет ли Кедрин Кейтин королем вместо тебя?»

Хаттим кивнул. Пряди прямых бесцветных волос упали ему на лицо, заслонив опущенные долу глаза, но он, казалось, ничего не замечал.

— Он женился на Уинетт, а она старшая дочь Дарра.

«И его коронуют вместо тебя. И что будет тогда?»

Стан Хаттима Сетийяна, согбенный в предчувствии боли, ссутулился еще сильнее. Грязная полуистлевшая ткань, облекавшая его, зашуршала, натягиваясь и потрескивая. Меж лопаток обнажилась кровоточащая рана, и копающиеся в ней личинки попадали на песок.

«Ну что же», — снова заговорил Ашар, — «ты тоже когда-то был королем, хоть и недолго. Ты знаешь, как подобает поступить королю».

Толстые губы Хаттима, теперь совершенно бескровные, сжались в ниточку. На миг Ашар подумал, не доставить ли Себе удовольствие, подавив этот бунт. Но тут Хаттим вздохнул:

— Есть такой обычай: вновь коронованный государь должен получить благословение Сестер. Возможно, он отправится в Эстреван.

«И как они добираются в это проклятое место?» — ровно спросил Ашар.

— По Идре, — ответил Хаттим. Он кашлянул и выплюнул личинку, попавшую ему в горло. — Он двинется вверх по реке — скорее всего, до Геннифа, а потом сушей до Твердыни Кейтина. Оттуда путь лежит к Морфахскому перевалу, и через него — в город.

«И его смазливая королева с ним?»

Хаттим опять кивнул.

— Да. Таков обычай. К тому же она и сама не прочь снова побывать в Эстреване.

«И у нее тоже есть голубой камень?»

— Последний раз, когда я их видел, — проговорил Хаттим, — талисман был у обоих.

Ашар склонил голову. Его глаза, подобные окнам в пылающие горнила, стали задумчивы.

«Хорошо. Ступай!»

Тень, некогда бывшая Хаттимом Сетийяном, нехотя двинулась прочь. В последний миг Хаттим обернулся и украдкой бросил взгляд в лицо, в которое не решался посмотреть прямо.

— Я выйду отсюда? — он нерешительно обвел рукой вокруг себя.

Ашар снова закудахтал и качнул головой.

«Никогда. Ты сам выбрал свою участь, когда подвел Меня».

— Я? — отчаяние придало Хаттиму храбрости, хотя в его голосе по-прежнему звучали скулящие ноты. — Тебя подвел не я! Тебя подвел Тоз!

«Неважно», — весело возразил Ашар. — «Таков твой жребий на веки вечные».

Слезы появились в потухших глазах тени и медленно побежали по впалым щекам. Плечи поникли еще сильнее. Хаттим Сетийян отвернулся и поплелся обратно в шевелящийся туман. Мгновение — и туман обволок его. Ашар проследил за тем, как он исчезает. Отчаяние Хаттима доставляло Ему подлинное наслаждение. Затем Он изрек новый призыв.