— Это дорога на Генниф? — она задала этот вопрос просто ради того, чтобы начать разговор.

— Угу, — Уикс кивнул, не отрывая глаз от лошадей. — На Генниф. Это я вам вчера уже говорил. И позавчера.

— Прости, — Герат устремила на коренастого возницу взгляд своих глаз, поминутно становившихся то голубыми, то серыми. — Я просто так боюсь, что мы разминемся с Государем.

— Коли вы мне все верно объяснили, то не разминемся, — проворчал Уикс. — И если Государь Кедрин причалит у Геннифа, то дальше ему один путь — к Твердыне Кейтина.

Герат кивнула.

— Мы сможем добраться до Геннифа, пока луна в третьей четверти?

— Непременно, — заверил ее возница.

— А Кедрин точно там будет? — спросила Послушница Донелла. Дыхание у нее чуть заметно сбилось — похоже, девушка не питала любви к крутым горкам. Повернувшись на своем высоком сидении, Герат увидела, как ее спутница вцепилась в стены повозки. Лицо Послушницы, обычно такое спокойное, застыло в напряжении. Зря девочка не призналась заранее, что боится высоты. Герат успокаивающе улыбнулась и сказала:

— Он отбывает в ближайшее полнолуние, сразу после коронации. Плыть вверх по Идре, самое меньшее, до третьей четверти. Так что… мы непременно его встретим.

— Если только не опрокинемся, — Донелла с опаской глядела через левый борт повозки. Поросший деревьями крутой склон, казалось, сбегал вниз от самой обочины. — Или не потеряем колесо.

— Не опрокинемся, — дружелюбно заверил ее Уикс. — И колеса у нас что надо. Зря, что ли, я эту колымагу каждый вечер проверяю?

— Больше веры, дитя мое, — улыбнулась Герат. В этот момент повозка резко повернула, несколько камней вылетели из-под передних колес и покатились вниз. Герат непроизвольно вцепилась в поручень, но удержала улыбку и повторила: — Больше веры.

Тут Уикс заквохтал и щелкнул поводьями, заставляя коней чуть ускорить бег. Повозка снова выехала на ровную дорогу. Скользкий участок в том месте, где их путь пересекал ручей, остался позади.

— Нечего бояться, — бросил через плечо возница.

Донелла не ответила. Глаза ее были плотно закрыты, губы шевелились в беззвучной молитве. Герат тоже молчала. Она вновь задумалась о смысле изречений Квалле. Это неожиданное происшествие напомнило о том, что их путь отнюдь не безопасен. Герат почувствовала, как ее охватывает беспокойство.

А что если Сестры правы? Что если записанное в книге — всего лишь бессвязный лепет женщины, чье душевное здоровье, мягко говоря, вызывает сомнение? Если все пророчества, записанные Аларией, осуществились?

Разумеется, Сестры не одобрили ее отъезд. Даже Лавия, которая бы охотно поехала вместо Герат, считала неподобающим и неразумным, чтобы Старшая Сестра покидала город. И все же Герат не видела другого выхода. Как будто некий голос, почти неразличимый, на грани восприятия, нашептывал ей что-то, словно полузабытые обрывки сновидений задержались в ее сознании. То был властный зов, на который она не могла не откликнуться, но не находила ему никакого объяснения. Это было странно. Она — здравомыслящая женщина, легко осознающая и понимающая собственные устремления. Но Герат толком не понимала, что именно обнаружила в книге Квалле. И все же, казалось, нечто сокровенное глубоко проникло в ее сознание и овладело им.