— Я, конечно, постараюсь, но не могу ничего обещать. Что, если вас не окажется дома?

— Уходя, я буду накрепко его запирать. — Хит улыбнулся и протянул ей руку. — По рукам?

Мередит со страхом покосилась на ротвейлера, и шериф ухмыльнулся:

— Голиаф охраняет детей, а не меня.

Мередит решилась и осторожно подала руку, которая тут же утонула в необъятной ладони Мастерса, теплой и слегка шершавой. Шериф провел по ее запястью указательным пальцем, и в его серо-голубых глазах появились веселые искорки.

Но Мередит испытала радость, когда рукопожатие наконец завершилось. Она незаметно вытерла ладонь о халат и повела гостя к выходу, с облегчением заметив, что шериф по-прежнему держал ротвейлера за ошейник. На собаку Мередит так и не смотрела — взгляд Голиафа проникал в самое сердце.

Распахнув дверь, она попрощалась с Хитом:

— Ну что ж… спокойной ночи, шериф Мастерс.

— Хит. Мы соседи, Мередит. И надеюсь, станем добрыми друзьями.

— Кстати, вы мне напомнили: я ведь не назвала вам своего имени.

Он смущенно улыбнулся и пожал плечами.

— Ах да… Понимаете, в тот первый вечер я хотел вам позвонить, еще раз извиниться. И сделал запрос по номерному знаку вашей машины.

Мередит почувствовала, что пол уходит у нее из-под ног. Оказывается, все так просто: захотел узнать имя — сделал запрос и получил ответ.

— Ясно, — выдохнула она. — А вам не кажется, что это вмешательство в мою личную жизнь?

— Только в том случае, если ваши имя и фамилия являются тайной.

От Мередит не ускользнул огонек любопытства, мелькнувший в его глазах, и она тут же отвернулась.

— Во всяком случае, не государственной. Хотя такой способ знакомства заставляет чувствовать себя уязвимой. Предпочитаю традиционный…

— Вы совершенно правы. — Шериф отпустил собаку, выпрямился и подал Мередит руку: — Меня зовут Хит Ян Мастерс. — В его голосе прозвучали ироничные нотки. — Я тот самый парень, который живет по соседству и у которого ненормальный пес.

Мередит уже выдержала одно рукопожатие и не горела желанием испытать второе. Но шериф стоял напротив и ждал. Она с опасением посмотрела на ротвейлера и коснулась пальцами натруженной ладони Хита, надеясь этим ограничиться. Но не тут-то было.

Неизвестно, как это получилось, — ведь мужчина только пожал ей руку, но Мередит вдруг охватил жар. Сначала он хлынул на плечи, потом завертелся в животе.

— Ваша очередь.

Мередит растерялась.

— Ах да… Я Мередит Линн Кэньон — та самая женщина, что живет с вами по соседству и не любит вашего ненормального пса.

Хит усмехнулся и снова провел пальцем по се запястью, словно пытаясь запомнить, какова ее кожа на ощупь.

— Боюсь, и меня тоже, — хрипло уточнил он. — Но это надо исправить. Сдается мне, что одинокая леди должна быть в хороших отношениях с единственным соседом.

«На последнюю фразу вроде бы ничего не надо отвечать», — лихорадочно подумала она, вдруг поняв — нет, почувствовав, — что этот человек грозил ее душевному покою.

— Ну, Голиаф, на этот раз ты и натворил дел, — ласково проговорил он. — Что это пришло в твою дурью башку? Ротвейлер посмотрел на закрытую дверь и заскулил.

— Не желаю этого слушать, болван. — Хит осторожно спустился с прогнивших ступенек, но когда понял, что собака за ним не последовала, обернулся и щелкнул пальцами. — Ну-ка быстро спускай сюда свой зад!

Понурив голову, ротвейлер повиновался.