До нее - немногие десятки метров. Но между ними каменные стены дворца и живые стены воинов. Попался! Впрочем, еще не совсем... Да нет - попался.
* * *
Пора открывать глаза. Он находился... нет, уже не во дворце. Комната о трех стенах, вместо четвертой - невысокий, по грудь барьер. Но, похоже, это барьер над пропастью: уж конечно, не поместят пленника сюда специально для того, чтобы он мог уйти через отсутствующую стену! Древний анекдот про индейцев - "А на третий день Зоркий Сокол заметил, что в сарае нет стены". Столь древен он - чуть ли не эпохи индейских войн еще! - что, наверно, только в хронослужбе и мог сохраниться. Определенная доля смысла есть даже в таких бородатых шутках (до шуток ли сейчас?!). Все та же подростковая беспечность юных цивилизаций не раз играла с индейцами злую шутку. Вскоре это повторится: осадив в том самом дворце, куда столь неудачно проник он сам, отряд конкискадоров - будут яростно штурмовать его индейцы от утренней зари до вечерней, но не долее. Вечером же разойдутся они на ночлег по домам, даже не выставив часовых. И уйдут из осады их враги - уйдут, чтобы вернуться вновь, чтобы самим взять город в осаду... Но сейчас так не будет. Ни с городом, ни с ним - рейдером. Сейчас детей ТЕНОЧА направляет такой опыт, такое знание, рядом с которым не только они - но и их враги детьми покажутся. Значит, барьер - над пропастью. К тому же он связан. Да и здесь, в трехстенном зале он не один. Трое воинов в ряд стоят за его спиной, у ближайшей из стен (дверь - там?). Трое воинов при оружии, в боевой раскраске похожие как братья - и друг на друга, и на тех, которые стеной встали перед ним тогда, час, день или неделя назад .
* * *
Тогда было - так: Без растерянности, но и без надежды победить, смотрел он на два сходящихся строя между которыми находился. Путь вперед и назад - закрыт. Путь вверх по стволу дерев, в обширный потолочный проем? Это ловушка: ведь наверху скрываются те, кто метнул сеть - прямо в ветвях они или на крыше. А лазанье - не бег и не прыжок; даже рейдер не сможет защитить себя от направленных в него ударов, карабкаясь по колонне древесного ствола. В этот миг занавешенные чем-то стенные ниши справа и слева от него распахнулись, исторгая из себя нескольких воинов со странными дубинками в руках. Но не для того он только что избежал атаки сверху и сзади, чтобы пропустить нападение сбоку... Их тоже не пришлось ни убить, ни искалечить, однако миг спустя он лежал на мраморных плитах пола, выпустив свое оружие. Ничего странного в нем не было: обычные боевые палицы, но - обмотанные несколькими слоями материи. Не убить - оглушить. Живым взять хотят. Ну, ладно... Четыре палицы, предназначенных для несмертельного удара, лежали на полу. Четырежды метнул он их: две - вперед, в строй, надвигавшийся из глубины дворца и две - назад, по строю, закрывавшему выход. Двое пали с одной стороны, один - с другой; и одна палица неудачно врезалась в самый центр - и отскочила от слоя резины. Вот и еще трое не убиты, но лишены боеспособности... Остальные продолжают наступать. Ничем пока действия рейдера не облегчили ему главную и единственную теперь задачу: выйти на открытое пространство - туда, где можно вызвать спасательную капсулу. А уйти, прорвав сомкнутые ряды, не сможет даже он. Он прислонился спиной к дереву, обеими руками изготовив для удара свой магуавитль. Совершенно не знал он, что будет делать дальше: бить плашмя, на оглушение, рубить по мышцам плеч и бедер, или... И тут сврху, все с того же дерева, на него обрушились люди. Так, как падала сеть, спрыгнули они; и, словно ячейки сети, еще в полете распахнулись руки каждого из пригнувшись - на захват... Все решилось без его воли. Магуавитль будто сам - именно сам! - опоясал его кольцом обшдиана, мгновенно наполнив зал свистом пластаемого воздуха. Ни на миг не остановились смыкающиеся шеренги, не стих рокот бубнов за их спинами. А рейдер уже стоит по грудь в куче рассеченных тел. И один из убитых (горизонтальный удар перерубил его туловище пополам на уровне пояса) намертво сомкнул на нем обьятья - то ли проводя захват последним сознательным усильем, то ли, без разума, судорога агонии сработала. |