— Вы заставили меня поволноваться, сеньор чародей, — сказал я.

— Прошу простить. В мои годы после обильных возлияний бывает трудно… Я проснулся лишь к обеду, когда вы уже покинули Устье. Что мне оставалось делать, кроме как… — он держался с достоинством, но говорил примирительным тоном.

— Я знаю многое о вас, — прервал я. — Вы предали всех правителей там, за морем. Мне сказали, вы были…

Я забыл нужное слово. В голове вертелось «визирь», но это было не то. Наконец, нашёл.

— Вы были главным советником. Не у одного, у многих…

— Лишь у достойных. Недостойных я не терпел, — перебил Фарид. В лицо пахнуло влагой — я бросил взгляд на чародея и увидел знакомое мерцание магии. Он готовился к бою.

— Это неважно, — продолжил я. — Важно то, что однажды вы всё это оставили. Написали книгу. Говорят, выжающийся труд. Только вот старые враги не оставили вас, и вы бежали. Под защиту стен Караэна. Теперь вы — один из многих, кто изучает мир, оставаясь вне его.

Я немного помолчал и продолжил:

— Отказаться от власти трудно. Разве что — если на смену приходит страсть. Более сильная.

Фарид замер. Смотрел на меня с подозрением. Я продолжил:

— Вас знают за морем как человека, умеющего возводить на трон. А тут — за ваши труды. Вы ищете тайны мира. Я хочу одарить вас ими.

Он молчал. Магическое свечение вокруг стало гаснуть. Наконец, он сдержанно поклонился.

— И чем же я обязан, что ваш выбор пал именно на меня? Ведь сеньор Бруно куда чаще пользуется вашим расположением.

— Всё дело в камне, с которым вы имели неосторожность играть при мне. Красный. Он ведь при вас, верно? — я кольнул его взглядом.

От Фарида снова пошли отблески силы. Он огляделся — быстро и суетливо, как мальчишка, который собирается удрать. Я поднял ладонь.

— Полегче. Полагаю, это суть огненного элементаля?

Он задержал взгляд у меня на подбородке. Поклонился, сложив руки на животе — поза, одновременно покорная и боевая стойка мага. Надо прекращать дёргать его за усы, а то и правда нападёт. С ректором Фро, как я помню, так получилось и без слов, хватило просто встретиться с ним в безлюдном месте.

— Я полагаю, он может пригодиться, — сказал я. — Но я ни в коем случае не хочу его у вас отнимать. Мы посетим одно удивительное место, и мне потребуется ваше мнение. Но, более того, то, что вы там увидите, надлежит хранить в секрете. А вот на ректора Бруно в этом вопросе я полагаться не могу. И, признаться, не хочу.

Фарид чуть заметно поморщился. Да, этот человек был близок к власти. И он знал: тайны влиятельных — обуза. Их хорошо знать только если ты враг. Иначе — только лишняя опасность.

— Впрочем, решать вам. Итак, мы с вами направляемся в одно место, от которого я многого жду, — сказал я. — И мне потребуется рядом человек знающий, искусный в чародействе. Вы заинтересованы?

— Вы что-то подобное уже говорили перед нашим отъездом, — сказал Фарид, облекая раздражение моими расплывчатыми формулировками в вежливую форму.

— И скажу снова. Потому что сам не всё знаю, — пожал я плечами. В такие игры я тоже умею играть.

К нам подошёл конюх, почтительно склонившись. Видимо, палатка была готова.

— Могу ли я хотя бы узнать конечную цель нашего путешествия? — наконец прямо спросил Фарид.

— Замок Бурелом, — легко ответил я. Это и так все знали. — Скажите, бывало ли, что вы жалели о том, что доверились мне?

— Только когда вы сбежали из подвалов Университета. И когда убили ректора Фро и поставили вместо него Бруно Джакобиана. Хотя… насчёт последнего я, видимо, ошибался.