— Это не то, зачем я пришел, — нагло ответил я. И выразительно уставился на него.

— Не понимаю, о чем вы, сеньор, — слишком уж надменно для полуголого, процедил Фредерик.

— Что случилось с… — я едва не ляпнул “с моим телом”, но вовремя поправился. — Со мной на той дороге?

Я весьма смутно помнил нападение. Было уже темно, но до цели, укрепления долгобородов, было недалеко. Мы видели огни в сторожевой башне, врезанной в отвесный горный склон. От силы пара километров. Дорога извивалась среди огромных скал, как змея среди битого кирпича. Уже стемнело. Сквозь сумерки было видно, что с одной стороны этой горной дороги, по сути просто тропы, была каменная круча, а с другой уступами крутой подъем. Тут на нас и напали. Сверху полетели стрелы, со склона посыпались камни. Пока Магн растерянно озирался, наемники молча пришпорили коней и вырвались из под обстрела. Магн запоздало поспешил за ними, но ему перегородили путь темные фигуры. Удар алебарды, пришедшийся прямо в нагрудник, выбил Магна из седла. Упал он не удачно, на руку. Он успел вскочить, получить еще несколько ударов, понять что ему повредили колено, и прихрамывая попытался догнать своих “телохранителей” пешком. Ему навалились на спину, прижали к земле, сорвали шлем и полоснули по шее. Вот, в общем, и все.

— Вы благородно и храбро сражались, убив не меньше десятка врагов, — торжественно заявил Карман из-за моей спины.

— Ни секунды в себе не сомневался, — ответил я, не оборачиваясь. — А где в этот момент были вы?

— Брали разгон для копейного удара, — невозмутимо ответил Фредерик. А потом наклонился ближе, и процедил уже другим, нехорошим голосом. — Даже лесной пень знает, что сила всадника в скорости. Не надо стоять и смотреть, как на тебя бежит толпа пехотной грязи…

Магн внутри меня вяло взбрыкнул, почуяв оскорбление, но мне было не до него.

— Согласен, — перебил я Фредерика. — Ступил. Бывает. Надо было дать шпор сразу же. На меня не первый раз из темноты всякие выскакивают. Но обычно это скромные дочки почтенных семейств, в надежде понести бастарда. И я привык геройски отбиваться. А тут я сисек не заметил и растерялся. Ну, а дальше то, что было?

Фредерик секунду сидел с каменным лицом. А потом неожиданно хлопнул ладонью по столу. Получилось громко. Я аж вздрогнул. А капо наемников задрал голову к потолку и заорал. Визгливо и прерывисто, как будто у него внутри чайник закипел и булькает. На секунду я реально испугался, что у него приступ какой-то, и он кинется на меня сейчас. Но потом понял, что это он так смеется. Мою догадку подтвердили смешки остальных присутствующих.

Фредерик привстал, продемонстрировав оборванный подол рубахи, крепкие волосатые ноги всадника и, к счастью, больше ничего. Перегнулся через стол и хлопнул меня по плечу.

— Ахах, хорошо сказано! Расскажем ему, парни!

К столу подступил Карман. Пока Фредерик сидел и улыбался, лысый дергал себя за бакенбарды и рассказывал. Его то и дело перебивали и дополняли. Обстановочка, едва вожак соизволил засмеяться, сразу разрядилась. Это не могло не радовать.

Если опустить подробности про то, кто и как дерзко и четко себя вел, то в сухом остатке история свелась к тому, что наемники выскочили из под обстрела. Обнаружили пропажу вверенного их заботам тела. И рванули назад. Гриф — тот самый долговязый парень с длинными волосами, и нетерпеливыми лапками на мече, даже умудрился проткнуть одного копьем. Что не помешало, однако, проткнутому довольно споро вскарабкаться на склон вместе с остальными и скрыться.

— Как это? — нахмурился я.

Вместо ответа Гриф отстегнул от своего пояса меч и положил передо мной.

— Вот. Это он выронил, когда я подцепил его на копье.

Я не стал лапать руками чужое оружие — тут так не принято.