Вот честно, если бы мне раньше кто сказал, что в комплекте с наследством в виде людей и имений идёт унылый серый хмырь, который работает вместо будильника, я бы задумался: а нужно ли мне это. Мне поднесли зубную палочку, которой тут принято чистить зубы, и таз с водой — и две миловидные фрейлины начали меня умывать и причёсывать. — Должен признаться, мой сеньор, но до последнего времени я не обращал на эту особу пристального внимания. После гибели Бруно Костолома, я ожидал, что во главе Гильдии пивоваров встанет его сын, либо кто-то столь же… Кхм…

— Мужественный? — подсказала Адель со своего конца кровати.

— Мужчина, — развёл руками Вокула. — Я думал, они выберут такого же «Костолома», но другого. Мне следовало забеспокоиться, что они так долго не могут определиться.

— Когда они выбрали эту… Анью? — спросила Адель.

— Твою ж… Вокула, дорогой ты мой человек, можно я хоть штаны надену⁈ — вспылил я. И вообще сейчас… — хотел сказать «семь утра», но вспомнил что тут не часов. — Ещё рано!

Хотя тут я преувеличил — судя по лучам солнца, падающим через окна, утро было в разгаре — Вокула явился не прям «с ранья».

У дверей маячат Сперат, Леон и сэр Белый, все в своих полных бронегарнитурах и со шлемами под мышкой — видать, и в самом деле случилось что-то важное.

— Дело не терпит отлагательств! — подтвердил Вокула.

— И это дело ждёт меня в комнате уединения! — рявкнул я, и отправился в туалет.

Пока я, почёсываясь, делал свои дела, и понемногу приходил в себя, все присутствующие со всем почтением ожидали. Их в моей спальне, кстати, было человек десять, не считая меня и мою жену. Только самые близкие.

Свадебные празднества кончились ввиду прибытия Короля Ивэйна — пришлось закругляться, хотя и двух недель не погудели. Так что сейчас у нас с Адель медовый месяц. Жаль, приходится сидеть в городе, но ничего, потом наверстаем.

Адель по-женски мягко и безжалостно наводила свои порядки. Теперь меня, как и её, одевали её фрейлины. К счастью, она не покусилась на мои находки в области одежды.

Мы находились в наших покоях — в комнате, которая раньше принадлежала отцу Магна. За последний месяц она сильно изменилась — в основном, благодаря Адели. Та самая пресловутая «женская рука», которая добавляет уюта. В комнате добавилось диванчиков, появился уголок с двумя удобными креслами и переносной жаровней рядом с ними, стойки с оружием и доспехами, длинный ряд солидных сундуков с одеждой — в общем, обжитое семейное гнездышко. Честно говоря, мне всё это понравилось, особенно то, что она повелела открывать днём массивные ставни.

Вернувшись, я обнаружил, что все мужчины стоят, отвернувшись, старательно разглядывая стену — все разной степени пунцовости. Адель омывали фрейлины с помощью влажных тряпочек и мыльной водой. Они делали это за расшитой красивыми узорами ширмой. И всё же… Если моя жена так хотела дать понять, что вламываться к нам с утра не стоит без действительно важного повода, ей это удалось. Хотя, если бы тут была Гвена, то её бы это не смутило.

Я подошел к кровати и, пока фрейлины Адель одевали меня, разглядывал затылки своего «ближнего круга».

— Итак, — продолжил Вокула спокойным тоном. — Помимо того, что эта Анья владеет двумя большими пивоварнями к западу ок Караэна…

— Она благородных кровей? — вмешалась Адель.

— Нет, моя сеньора. В Караэне женщины могут владеть делами и землями почти в той же мере, что и мужчины. Конечно, если нет притязаний со стороны родственников мужского рода с той же степенью прав…

— Той же степенью прав? — снова переспросила Адель.