Следователь тасовал скоропостижные смерти так и этак: по возрасту, местонахождению, срокам… Первым по хронологии оказался Глеб Мартынов, последним — Виктор Мячин. И странное совпадение… Это он почувствовал интуитивно, ещё до того, как понял — с чем совпадение и в чем странность.

Мартынов умер на следующий день после взрыва на Ломоносовском микроавтобуса «Консорциума»! На следующий день после того, как сам он подобрал отравленный перстень Куракина!

По внутреннему телефону он набрал номер Сомова.

— Помнишь алкаша, которому дали в морду после взрыва на Ломоносовском?

— Свидетеля Кукуева? — деликатно подправил начальника Сомов.

— Ну да. Разыщи его и притащи ко мне!

К концу дня изрядно напуганный свидетель Кукуев сидел напротив Фокина. У него был обычный вид непроходящего похмелья, имелся и синяк под глазом, и запах дешевого алкоголя свидетельствовал, что за последние месяцы образ жизни свидетеля не претерпел существенных изменений.

— Ты Глеба Мартынова знал?

— Не… — поспешил откреститься тот. — Какого Мартынова?

— Который в киоске работал, по дороге к метро.

— А, Глеба! Конечно знал! Я же у него всегда сигареты стрелял… А потом он вдруг помер! Нормальный был мужик, здоровый вроде… Я ему как раз ручку хотел загнать. Классная ручка, он уже почти согласился… А потом пришел этот гондон штопанный… То есть, ну — парень… это, пришел к нему, и ручку забрал. А мне в морду заехал… Я ушел, а через час Глеба уже мертвым нашли…

— Что за ручка?

— Я её в сугробе подобрал, возле взорванного автобуса. Кто-то из крутых потерял — там народу-то много толклось… Классная такая: дорогая темное дерево, золотой ободок… За стольник ушла бы — не фиг делать!

— Расскажи про этого парня!

Фокин выложил на стол большие ладони, в которые можно было упрятать по пивному бокалу. И из которых вмиг могли сложиться огромные кулаки. Кукуев выпрямился и построжал лицом.

— Какого парня?

— Про гондона. Как его звали? Зачем он пришел к Глебу? Кто его знает?

На не отягощенном интеллектом лице свидетеля отразилось заметное напряжение. Но потом он путано и косноязычно, бесконечно отвлекаясь, изложил то, что относилось к личности мелкого рэкетира по кличке Савик.

Когда допрос был закончен и протокол подписан, Фокин обошел стол и сел рядом с опасливо отодвинувшимся свидетелем.

— Молоток, все хорошо запомнил. Подработать хочешь? И защиту у меня получить в случ-чего?

— Ну… Кто ж не хочет?

— Тогда походи по ларькам, покрутись в «Миранде», разузнай, кто он такой, этот Савик: как фамилия, где живет… Спросят: зачем — говори, что хочешь у него ручку выкупить.

На лице Кукуева отразились радость и опасения. Фокин вынул из кармана два червонца.

— Узнаешь, ещё тридцатник получишь. Ничего не сделаешь — ноги выдерну!

Это решило дело: кнут и пряник помогали и в куда более сложных ситуациях.

Кукуев позвонил уже через день, они встретились в пельменной с водкой на разлив.