— Лучше прокатимся куда-нибудь. Я сейчас.

Слон исчез в спальне. Из кухни тянуло пригоревшим салом и густым табачным перегаром. Через минуту Алексей Иванович появился в брюках и пуловере, сунул ноги в ботинки, на ходу вытянул из шкафа видавшую виды куртку и шарф, нахлобучил на голову вытертую кроличью шапку.

— Пошли…

От недавней респектабельности Веретнева ничего не осталось, он оставлял её дома вместе с длинным темным пальто. На улицу вышел обычный рассейский работяга-пенсионер, еле-еле тянущийся на выработанную долголетним трудом пенсию.

В отличие от своего владельца, «БМВ» пятой модели выглядел вполне прилично. Это была единственная ценность отставного разведчика. Когда он отпирал дверцу, прохожие смотрели с нескрываемым подозрением: слишком явно вещь и хозяин не подходили друг другу.

Они поехали в сторону кольцевой и вскоре оказались на узкой бугристой дорожке, петлявшей между частными гаражами и автомастерскими. Дорожка обрывалась у редкого загаженного лесочка, по левую сторону валялись разбитые кузова легковушек.

— Здесь тоже срач, — сказал Веретнев, выбираясь из машины. — Везде срач, куда ни кинь. Но зато здесь некому подслушивать. Пошли, Макс, во-он до той елочки… С Яскевичем виделся? Чего они от тебя хотят?

Макс в нескольких словах рассказал. Веретнев слушал рассеянно, в конце кивнул:

— Вот и хорошо… Работу нашел, опять мир посмотришь… Только у меня наш разговор из головы не идет. Про чемоданчик с миллионом баксов.

Карданов махнул рукой.

— Где его искать, тот чемоданчик…

Лучи заходящего солнца давали заметное тепло. В леске пела какая-то птичка. Чувствовалось дыхание весны.

— Я уже все продумал, — напористо произнес Слон. — Искать надо Евсеева. А на него выходить через наших ребят из бывшей «девятки»4. Большие начальники сами по себе к жизни не приспособлены, им обязательно «прикрепленные»5 нужны. И если он с большими деньгами убежал, то обязательно своего «прикрепленного» прихватил!

Теперь рассеянно слушал Макс. Его сейчас больше заботила предстоящая поездка и встреча с родителями.

— Это не факт, — без особой заинтересованности процедил Карданов. Голое предположение. Кстати, мне сегодня Золотарев назвал мое настоящее имя. Знаешь какое? Томпсон!

— Меньше слушай Золотарева, я его знаю, как облупленного! — отмахнулся Слон. — А насчет голого предположения — ты зря!

Алексей Иванович подошел вплотную и взял Макса под руку.

— Я тут повстречался с нашими ребятами, попил водки… У пенсионеров языки, известное дело, поразвязанней. Там слово, здесь… Знаешь ведь, как собирается информация…

— Шпионская информация, — пошутил Макс, но Слон шутки не принял.

— Ты это брось! Я никогда шпионом не был… Потому что шпион одно, а разведчик — совсем другое!

— Ладно, ладно, — примирительно сказал Карданов. — И что дальше?

— Вчера к корешу одному зашел, к Женьке Варенцову, он со мной в отделе работал. Посидели за бутылкой, поболтали, вспомнили, как раньше жили, поговорили кто как сейчас устроился… Женька летом во Франции был с новой женой, поехали в Монако, там море, пирсы, яхты, чистота, щелкает он свою красавицу во всех ракурсах, видит — мужик со спортивной сумкой по сходням поднимается. Морда сытая, загорелая, но — совковая, родная, да ещё знакомая!

Слон многозначительно поднял палец.